Заброшенные объекты на карте

Все про абандоны:

Свернуть

Заброшенные объекты Арктики — их изучение и сохранение

Комментарии   

#1 Заброшенные объекты Арктики — их изучение и сохранениеsevprostor 07.11.2013 14:29
Вот еще статья по теме: Проблемы выявления, изучения и сохранения культурного и природного наследия Российской Арктики на территории Архангельской области П.В. Боярский, (Доктор ист. наук, к.ф-м.н., Заместитель директора института по научной работе Российский научно-исследовательский институт культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачёва) Серия «Гуманитарные науки», № 1-2 2013 Цитата:
Статья посвящена проблемам комплексного подхода к выявлению, изучению и сохранению наследия русской Арктики на территории Архангельской области. Автор дает представление об особенностях культурного наследия Арктики, предлагает его классификацию и обосновывает необходимость продолжения работ по выявлению, изучению и сохранению объектов наследия русской Арктики. Приводит доказательства важности проведения историко-географических экспериментов по следам исследователей Арктики, их роли в раскрытии неизвестных событий и развитии арктического туризма.
ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИЗУЧЕНИЯ И СОХРАНЕНИЯ НАСЛЕДИЯ АРКТИКИ Объекты культурного наследия Российской Арктики являются неопровержимым свидетельством того, что все арктические острова и архипелаги, принадлежащие России, были освоены только нашей страной, включая архипелаг Земля Франца-Иосифа, открытый несуществующей ныне Австро-Венгерской империей. Поэтому эти объекты являются важной доказательной базой в международных территориальных спорах, а их выявление, изучение и сохранение относится к проблематике безопасности России. Именно такой подход к данной проблематике является одним из основных в исследованиях Морской арктической комплексной экспедиции (далее – МАКЭ). Начиная с 1986 г. ежегодные исследования МАКЭ, Фонда полярных исследований и Российского научно-исследовательского института культурного и природного наследия им. Д.С. Лихачева (далее – Института Наследия) в Архангельской области проводятся на основе специальных теоретических, методологических и прикладных работ, опубликованных нами в 1981–1990 гг. (см.: [1; 2; 3; 4; 5; 6; 7; 8]). Проблематика комплексного изучения, сохранения и использования историко-культурного наследия Арктики впервые была выдвинута и последовательно разработана нами в указанные годы. Культурное наследие рассматривается в неразрывной связи с биосферой и её процессами, с решением экологических задач. Развивая теорию ноосферы В.И. Вернадского, мы ввели понятия ретробиосфер и ноотехносферы. Изучение взаимосвязи функционирования биосферы с изменением параметров, характеризующих состояние общества, становится одной из важнейших задач, решение которой поможет установить закономерности развития ноотехносферы. Трудности, возникающие при разработке этой проблемы, связаны с несоизмеримостью времени изменения параметров биосферы с временем изменения характеристик состояния общества. Большим шагом вперед стала постановка проблем изучения и сохранения не только отдельных объектов культурного наследия, но и окружающей их естественной и исторически сложившейся искусственной среды обитания. Именно поэтому сотрудники МАКЭ в своих трудах дают комплексное описание культурного и природного наследия. Таким образом, нами была впервые реализована идея необходимости описания природной среды при описании историко-культурных объектов. Поэтому в томах трудов МАКЭ по Новой Земле, Земле Франца-Иосифа, острову Вайгач и Соловецкому архипелагу при описании объекта культурного наследия была установлена следующая последовательность размещения подразделов: местоположение, исторические сведения, описание памятника, географическая среда, литература. В настоящее время такой подход реализуется МАКЭ в изданиях серии «Острова и архипелаги Российской Арктики», выходящих в издательстве «Paulsen» под общей редакцией П.В. Боярского. Новый подход позволил нам в 1990 г. выдвинуть идею создания охраняемой территории на севере Новой Земли, что и привело в конечном итоге к реализации её в 2009 г. при создании национального парка «Русская Арктика» (см.: [8, с. 38; 10; 11, с. 14–36; 12, с. 10–12; 13, с. 239]). Кроме идей В.И. Вернадского, в основу своих теоретических разработок мы впервые положили информационный подход: объекты культурного и природного наследия являются своеобразными носителями информации, отражающей различные аспекты исторического развития человеческого общества и его взаимодействия с окружающей средой. Поэтому мы приступили к исследованиям, связанным с разработкой проблем «капсул памяти» (информационного закона постоянного внедрения в природные и социально-исторические процессы информации о прошлых состояниях природной среды и общества для саморегулирования этих процессов в настоящем). Один из главных наших подходов к сохранению наследия – требование максимальной непрерывности совокупности объектов, отражающих историческое развитие человеческого общества в системе биосферы. Поэтому мы исследуем всё наследие: с древнейших времен до конца ХХ в. (например, памятники истории создания ядерного оружия на Новой Земле). Кроме того, нами были рассмотрены также проблемы развития разнообразных технологий и особой роли целеполагания при исследовании и использовании культурного наследия. Главнейшей его составляющей является духовное наследие. На основе данных разработок мы впервые предложили создание «Атласа культурного и природного наследия» нашей страны и «Атласа культурного и природного наследия Российской Арктики». Уже на первоначальном этапе проведения исследований нами были начаты историко-географические эксперименты, ставшие основой широко известных программ МАКЭ «По следам первопроходцев Арктики» (см.: [7; 9]). Хорошо известны и другие наши программы: «Комплексные исследования культурного и природного наследия Арктики»; «Вайгач – остров арктических богов»; «Арктическое кольцо», « Арктика – форпост России», «Земля Санникова», «Земля Андреева», «По следам Двух капитанов» и др. Особенно важна для нас программа «Память Российской Арктики» по увековечиванию памяти известных поморов и представителей коренных малочисленных народов, отечественных и зарубежных первооткрывателей, мореплавателей, исследователей, полярников, летчиков. Мы устанавливаем по единой методике памятные знаки. Предлагаем создание при компетентных органах охраны природного и культурного наследия научно-методических центров «Память Арктики» по разработке и утверждению единой системы памятных знаков по всей Российской Арктике. Те знаки, которые устанавливают различные туристические группы в Арктике, больше напоминают надписи туристов по всему миру. Это память о самих себе. А нам нужна единая, продуманная система памяти по всей Арктике и Крайнему Северу. ОСОБЕННОСТИ КУЛЬТУРНОГО НАСЛЕДИЯ АРКТИКИ НА ОСТРОВАХ, АРХИПЕЛАГАХ И ПОБЕРЕЖЬЕ АРХАНГЕЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ Культурное наследие Арктики Архангельской области можно условно подразделить на следующие основные группы: [ul] [li]1. Останки поморских судов;[/li] [li]2. Поморские кресты (приметные, обетные, могильные);[/li] [li]3. Поморские навигационные знаки (кресты и каменные гурии);[/li] [li]4. Поморские захоронения;[/li] [li]5. Святилища коренных народов Севера;[/li] [li]6. Места захоронений коренных народов Севера;[/li] [li]7. Останки судов коренных народов Севера;[/li] [li]8. Стоянки коренных народов Севера;[/li] [li]9. Православные часовни и церкви;[/li] [li]10. Стоянки и зимовья и различные сооружения поморов;[/li] [li]11. Останки судов, приметных знаков, стоянок, зимовий и захоронения отечественных и зарубежных первопроходцев и исследователей (включая подводные объекты советского периода);[/li] [li]12. Административные здания, фактории, промысловые зимовья, школы, больницы, причалы, кладбища советского периода и другие сооружения советского периода;[/li] [li]13. Маяки и створные знаки;[/li] [li]14. Полярные станции и комплексы их сооружений;[/li] [li]15. Первые аэродромы и вертолётные оборудованные площадки;[/li] [li]16. Жилые дома, бараки, шахты, остатки техники и другие объекты ГУЛАГА (например, на острове Вайгач, материковом побережье пролива Югорский Шар);[/li] [li]17. Памятники Второй мировой войны (останки судов; подводные объекты; окопы и блиндажи, например, на юге острова Вайгач и на мысе Желания Новой Земли, выявленные нами в 1988 г.);[/li] [li]18. Руины и остатки различных надводных и подводных сооружений, места стоянок, своеобразного дока и строительства судов первого русского заполярного города Пустозёрска.[/li] [/ul] Мы не раскрываем здесь все группы объектов. Но этот перечень убедительно доказывает тесную взаимосвязь значительного числа объектов культурного наследия с морским наследием. В этом и заключена основная особенность культурного наследия на островах и архипелагах Архангельской области. Поэтому в начале 2012 г. мы предложили начать работы по созданию Атласа морского наследия России с тома Атлас культурного и природного наследия Российской Арктики. К изданию такого тома МАКЭ уже сегодня собрано большое количество разнообразных материалов. Таким образом, при открытии финансирования работ Совместно с министерством культуры Архангельской области, Северным (Арктическим) федеральным университетом и Северным УГМС Атлас может быть подготовлен к печати к концу 2014 г. ОСНОВНЫЕ ЗАДАЧИ Впервые к комплексному выявлению, изучению и описанию всех видов объектов культурного наследия и окружающих их природной среды на острове Вайгач, Новой Земле и Земле Франца-Иосифа МАКЭ приступила во второй половине 1980-х гг. До этого только экспедицией Л.П. Хлобыстина проводились археологические исследования нескольких святилищ и объектов поморской культуры на острове Вайгач, а также определенные работы были проведены общественной экспедицией Д.Ф. Кравченко на Земле Франца-Иосифа 1985 г. (мыс Флора и остров Белл). Экспедицией последнего без открытого листа и с грубыми нарушениями было подвергнуто раскопкам зимовье Баренца на Новой Земле. С 1988 г. на Новой Земле выявлено более 200 объектов культурного наследия, и в том МАКЭ по Новой Земле (см.: [14]) вошло описание 198 объектов (92 – на Северном острове и 106 – на Южном острове). На острове Вайгач выявлено более 200 объектов, а в том по Вайгачу (см.: [15]) было включено 180 объектов культурного наследия. На Земле Франца-Иосифа с 1990 г. МАКЭ выявлено и изучено более 140 объектов и из них 131 включены в том по этому архипелагу. Таким образом, специалистами МАКЭ был подготовлен список объектов, расположенных на Новой Земле, Земле Франца-Иосифа и острове Вайгач, для проведения государственной историко-культурной экспертизы объектов культурного наследия Российской Арктики, включая морское арктическое наследие. В настоящее время происходит странный процесс «переоткрытия» уже давно выявленных объектов, описания которых опубликованы нами, полупрофессионалами из некоторых госучреждений и общественных организаций, которые пытаются полностью проигнорировать наши публикации. Такого рода деятельность, осуществляемая безграмотными «специалистами» должна быть в ближайшее время остановлена, так как сотрудники МАКЭ обладают авторскими правами на публикации, описывающие вышеуказанные открытия. Считаем необходимым создание при министерстве культуры Архангельской области специальной научно-методического совета по увековечению памяти первопроходцев Арктики. МАКЭ были разработаны проекты памятных знаков в рамках программы экспедиции «Память Арктики» и апробирована их установка на островах Колчака, Попова-Чухчина, Врангеля, Беннета. Сейчас стала модной установка различными туристами и общественными экспедициями памятных крестов и других памятных знаков в Арктике. Один из примеров такого безграмотного отношения к объектам культурного наследия – мыс Флора на Земле Франца-Иосифа. МАКЭ в своё время выступила против установки православной часовни неподалёку от зимовья Ф. Нансена и Я. Иогансена на этом архипелаге. Мы доказали, что при этом не только происходят изменения ландшафта, но и искажается восприятие заброшенного места, где в одиночестве, без каких-либо материальных свидетельств о цивилизации, провели в полуземлянке-норе зимовку два отважных исследователя-первопроходца. Всё должно делаться на научной основе с использованием опыта не новоявленных «первооткрывателей-исследователей», а специалистов, многие годы проработавших в Арктике. Ибо подавляющее большинство объектов культурного наследия – более 300 – выявлено МАКЭ на нынешней территории национального парка «Русская Арктика» и на Земле Франца-Иосифа с 1988 по 2009 гг. Непрофессионализм ответственных за состояние памятников госслужб приводит к гибели уникальнейших объектов. Так, можно привести пример, ситуации со «строением Альбанова» (постройки экспедиции Джексона) на мысе Флора Земли Франца-Иосифа. Или участия в 2012 г. непрофессиональной экспедиции в поиске под водой останков судна голландской экспедиции 1596–1597 гг. в бухте Ледяная Гавань Новой Земли. Руководитель экспедиции Русского географического общества и национального парка «Русская Арктика» намеревался обнаружить пушки с судна, ссылаясь на якобы известные ему сведения об их местонахождении. Кроме четырёх небольших деревянных деталей (МАКЭ в 1990 и 1995 гг. обнаружила их здесь значительно больше) – никаких результатов. Широко используя свою, годами выработанную, методологию выявления и изучения объектов наследия в Арктике, МАКЭ продолжает совершенствовать научную основу этих работ. Нами были разработаны основы проведения историко-географических экспериментов по следам полярных первопроходцев и исследователей. С 1986 г. начали проводиться ежегодные исследования в Арктике, а с 1987 г. – первые в Российской Арктике комплексные исследования культурного и природного наследия и первые историко-географические эксперименты под общим названием «По следам первопроходцев Арктики». Один из этих наших экспериментов на острове Вайгач уже тогда получил название «По следам Двух капитанов». Ведь именно с Вайгача началась исследовательская деятельность по воссозданию реальной биографии основного прообраза капитана Татаринова из романа В.А. Каверина «Два капитана» – Г.Я. Седова. Мой личный интерес в рамках этой программы был связан с тем, что с 1964 г., когда я учился на третьем курсе МИФИ, В.А. Каверин стал моим литературным наставником, и вплоть до 1989 г. мы общались с ним и в Переделкино, и в его квартире в Москве. В 1988 г. мы провели исследования на Новой Земле не только в местах работ Г.Я. Седова в 1910, 1912–1913 гг., но и в районе, где проходила экспедиция второго капитана – литературного героя книги Каверина – А. Григорьева. С 1990 г. и вплоть до 2010 г. мы проводили на Земле Франца-Иосифа историко-географические эксперименты по маршрутам 1914 г. группы В.И. Альбанова, который стал прообразом штурмана Климова в романе, и экспедиции 1913–1914 гг. Г.Я. Седова. Предприняли попытку найти могилу Седова на острове Рудольфа. Немного позже мы исследовали места, в которых побывали экспедиции 1912–1914 гг. Г.Л. Брусилова (пролив Югорский Шар, полуостров Ямал, остров Белый) и В.А. Русанова (Новая Земля, острова Геркулес и Попова-Чухчина в Карском море, побережье Таймыра). Брусилов и Русанов тоже были прообразами капитана Татаринова. Обо всем этом и о моих встречах с В.А. Кавериным и с Е.М. Пинегиной – женой одного из участников последней экспедиции Г.Я. Седова – я рассказал в 2006 г. в предисловии к книге В.А. Каверина «Два капитана» (см.: [15, с. 5–24]). Все историко-географические эксперименты МАКЭ проводятся на строго научной основе. Об этом свидетельствует и изданный нами еще в 1991 г. сборник научных статей «Исторический эксперимент. Теория, методология, практика» [16]. Активное участие в его подготовке и в написании статьи принял известный археолог и антрополог, академик АН СССР В.П. Алексеев. В состав редколлегии, кроме него, вошли академики АН СССР А.П. Деревянко, В.П. Мишин, В.Л. Янин, члены-корреспонденты А.Н. Боголюбов и Б.Г. Юдин и другие известные отечественные ученые. В сборнике был поставлен вопрос «об особой необходимости проведения экспериментальных историко-географических исследований, моделирующих условия мореплавания и обстановку деятельности полярных экспедиций в различные исторические эпохи освоения Арктики. Их составной частью должны быть и исследования по исторической психологии, входящие в комплекс исторических медико-биологических экспериментов. Не только тщательное изучение региона, в котором происходили события, но и моделирование самого маршрута передвижения, психологического состояние членов коллектива, особенностей функционирования их организмов в экстремальных условиях (выявленных экспериментально на основе сохранившихся дневниковых записей о рационе питания) – могут на действительно научной основе дать объективную картину проходивших событий» [17, с. 47]. Необходима тщательная работа в архивах и библиотеках. Иначе, без знания и изучения подлинных документов, появляются абсолютно антинаучные публикации, например, о том, что после смерти Г.Я. Седова, сопровождавшие его матросы «вернулись на судно. Позднее они признались, что были слишком слабы для охоты и смогли проделать обратный путь лишь потому, что питались мясом своего капитана» (см.: [18, с.32]). И такого рода факты были изложены в статье, которая была опубликована в юбилейный год экспедиции о мужественных матросах, у которых на обратный путь (авторы даже не сочли нужным посмотреть в архивах список продуктов, захваченных Седовым в этот последний его поход) было вполне достаточно съестного. В указанном сборнике 1991 г. мы пишем и о том, как в рамках историко-географического эксперимента «визуально, с борта ледокола “Диксон” специально изучался характер природных условий на маршруте группы Альбанова от мыса Мэри Хармсворт до мыса Лудлова Земли Александры и от мыса Ниль до мыса Гранта Земли Принца Георга» [17, с. 48]. Также были проведены историко-географические эксперименты по маршрутам экспедиций В. Баренца [19] и многих других отечественных и зарубежных первопроходцев и исследователей. С 1988–1989 гг. совместно с клубом «Полярный Одиссей» мы участвовали в экспериментальных плаваниях на базе реплик коча и лодьи по Белому морю, а затем – до Шпицбергена. И в 2012 г. совместно с компанией «RussiaDiscoveri» под научным руководством МАКЭ проводился под эгидой губернатора и правительства Чукотского автономного округа, Русского географического общества историко-географический эксперимент плавания двух реплик кочей на север по Лене и далее по Северному Ледовитому океану до поселка Тикси по маршруту Семёна Дежнева. Таким образом, сегодня можно говорить о том, что на основе историко-географических экспериментов МАКЭ возникает новый и весьма перспективный вид арктического туризма. Суть этого вида туризма заключается в своеобразном «переносе» их участников в условия деятельности первопроходцев Арктики и именно в те географические пункты, где в свое время проходили их экспедиции. Такой подход позволяет участникам эксперимента не только испытать на себе в конкретных природных условиях фактор физического и морального преодоления возникавших в прошлом трудностей, но и реконструировать действительные события прошлого, ощутить себя их участником. События прошлого интерпретируются современным человеком в аналогичных условиях и в тех же местах, где они проходили. Это способствует раскрытию неизвестных событий, поиску новых материальных свидетельств прошлого, разгадке его трагических и ранее неизвестных страниц, таинственных исчезновений далёких предшественников. Для реконструкции событий прошлого используются дневники участников исторических событий в Арктике. Сравнение описаний, содержащихся в дневниках, с окружающим ладшафтом по пути следования экспедиций помогает выявить географические пункты, где они происходили, выявить ранее неизвестные материальные объекты, относящиеся к историческим событиям. Земля Франца-Иосифа, Новая Земля и остров Вайгач представляют особый интерес для развития этого нового и перспективного вида туризма. Здесь возможно проведение следующих видов туристической деятельности: круизный туризм; научный туризм; экстремальный туризм; историко-географический экспериментальный туризм. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ: 1. Боярский П.В. Классификация памятников науки и техники // Памятники науки и техники. 1981. М.: Наука, 1981. 2. Боярский П.В. Перспективы развития памятниковедения // Памятниковедение: Теория, методология, практика / отв. ред. П.В. Боярский. М.,1986. 3. Боярский П.В. Проблемы функционирования памятников науки и техники // Вопросы освоения историко-культурного наследия / отв. ред. В.И. Батов. М., 1987. 4. Боярский П.В. Теория памятниковедения науки и техники // Памятниковедение науки и техники: Теория, методика, практика / отв. ред. П.В. Боярский. М., 1988. 5. Боярский П.В. Программа комплексных исследований историко-культурной и природной среды Арктики Морской арктической комплексной экспедиции НИИ культуры 1986–2000 гг. М., 1989. 6. Боярский П.В. Введение в памятниковедение. М., 1990. 7. Боярский П.В. По следам первопроходцев Арктики // Известия культуры России. Информационный сборник № 4. М., 1990. 8. Боярский П.В. Морская арктическая комплексная экспедиция. Комплексные исследования историко-культурной и природной среды Арктики. М., 1990. 9. Боярский П.В. Памятники истории и культуры Крайнего Севера (по следам первопроходцев Арктики) // Панорама культурной жизни стран СНГ, Балтии и Закавказья. Вып. № 7. М.: НИО Информкультура, 1993. 10. Карта-схема «Особо охраняемые территории Баренцевоморья». Проект Морской арктической комплексной экспедиции (МАКЭ). Российский НИИ культурного и природного наследия. М., 1992. 11. Боярский П.В. Исследования Морской арктической комплексной экспедиции (МАКЭ) в 1992 г. // Новая Земля. Труды Морской арктической комплексной экспедиции / Под общ. ред. П.В. Боярского. Т. 1. Кн. 1. М., 1992. 12. Боярский П.В. Создание системы особо охраняемых природных и историко-культурных территорий Баренцевоморья (постановка проблемы) // Новая Земля. Труды Морской арктической комплексной экспедиции / Под общ. ред. П.В. Боярского. Т. 3. М., 1994. 13. Захаров Ю.С. Национальный парк «Русская Арктика» // Новая Земля. Серия Острова и архипелаги Российской Арктики. Новая Земля / Под общ. ред. П.В. Боярского. М.: Изд-во «Paulsen», 2009. 14. Новая Земля. Серия Острова и архипелаги Российской Арктики / Под общ. ред. начальника МАКЭ, проф. П.В. Боярского. М., Изд-во «Paulsen», 2009. 15. Каверин В. Два капитана. М.: Детская литература, 2006. 16. Исторический эксперимент. Теория, методология, практика / отв. ред. кандидат физ.-мат. наук П.В. Боярский. М.,1991. 17. Боярский П.В. Теория и практика исторического эксперимента // Исторический эксперимент. Теория, методология, практика / отв. ред. кандидат физ.-мат. наук П.В. Боярский. М., 1991. 18. Вокруг Света: журнал Русского географического общества. 2012. №8. Август. 19. Боярский П.В. Историко-географические эксперименты и исследования МАКЭ по маршрутам плавания Виллема Баренца // де Вейр Х. Арктические плавания Виллема Баренца 1594–1597 гг. Перевод со староголландского проф. И.М. Михайловой / Под общ. ред. П.В. Боярского. М., 2011. © П.В. Боярский, Журнал "Современная наука: Актуальные проблемы теории и практики".
Цитировать
#2 Заброшенные объекты Арктики — их изучение и сохранениеsevprostor 19.11.2013 04:18
Кстати, оказывается, в СССР была составлена Инструкция по выявлению, первичному учету и охране памятников истории и культуры в советской арктике и районах крайнего севера. [img size=800]http://cs7010.vk.me/c311920/v311920430/35 b9/siZrK9ezu4M.jpg И люди ею руководствовались при сохранении ценных заброшенных объектов. [img size=800]http://cs7010.vk.me/c311920/v311920430/35 b0/iD0sEWQkKJk.jpg
Цитировать

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика