Еще кое-что об истории севера:

Свернуть

Древнейшие покорители Арктики

Когда люди появились в Арктике? Археологи и геологи отвечают на это – несколько десятков тысяч лет назад! Когда равнины Евразии и Северной Америки еще покрывал обжигающе холодный панцирь четвертичного ледника, первобытные люди послеледниковой эпохи, древние охотники и рыболовы, по мере постепенного отступания льдов на север, уже становились аборигенами высоких широт. Результаты раскопок убедительно показывают, что еще десять тысяч лет назад на дальневосточном Севере существовала так называемая протоэскимосская культура.

Чукотская карта на моржовой шкуре
Чукотская карта на моржовой шкуре
Карта братьев Зено
Карта братьев Зено

Три с лишним тысячи лет назад предки нынешних чукчей и юкагиров уже интенсивно обживали Чукотку. А на острове Врангеля обитали искусные морские охотники, которые поддерживали, как сказали бы мы сегодня, "дружеские экономические связи" с самыми отдаленными и труднодоступными территориями, включая чуть ли не Гренландию, и происходило все это в эпоху, когда в мире не было ни Древних Афин, ни Древнего Рима!

Незаходящее полуночное солнце и долгая ночь, наблюдающиеся в северном полушарии только за полярным кругом, были уже тысячи лет назад известны индусам. В их древних священных книгах, представляющих собой собрания гимнов и мифов, – "Ведах" – уже встречаются указания на существование полярной ночи и полярного дня.

Так, в книге Тайттирийя Брахмана говорится: "...то, что есть год, – это один только день и одна ночь..." и "в Меру боги видят солнце восходящим только один раз в году"; в книге законов "Ману" указывается, что в "Меру год человеческий – это один день и одна ночь богов". В одном из самых древних гимнов мы находим первое упоминание о том впечатлении, которое производит долгая полярная ночь на человека:

Все, что живет,
покоя ищет в ней,
Конца которой нам не видно.
О дай нам, длинная
темная ночь,
Конец твой увидеть,
конец твой увидеть,
о ночь!"

Не такие ли слова призыва срывались с уст тех полярных исследователей прошлого, которых в дни долгой, холодной и голодной полярной ночи настигала "белая смерть"? Слово "Меру" индусские астрологи употребляли для обозначения Северного полюса. Среди многих полярников до последних дней сохранился обычай торжественно встречать солнце после полярной ночи. В тех же древних индусских книгах мы находим подробное описание обряда жертвоприношения заре, победившей мрак долгой ночи, зло и тьму.

В священной книге персов "Авесте" описывается страна, на которую разгневанный бог зла послал лютый холод и снег, "отчего в этой райской стране Айриаино-Ваейо зима стала длиннее и продолжалась десять месяцев, лето – короче, продолжительностью всего лишь два месяца... Там солнце, луна и звезды восходят только один раз в году и только один раз заходят. И там год представляется как один день и одна ночь". Все это доказывает, что человек действительно был знаком с Крайним Севером в весьма отдаленные времена.

Однако представления о Крайнем Севере, в особенности, о центральной части Северного Ледовитого океана, даже в более близкое к нам время были чрезвычайно сбивчивы, разноречивы, туманны, нередко мифичны и фантастичны. Одни помещали там царство мертвых, другие предполагали существование у Северного полюса бездонной пропасти, третьи считали, что там находится замерзшее море, окутанное непроницаемым туманом и вечной темной ночью. Иные предполагали у полюса открытую воду, а некоторые – огромные пространства суши. Попытки проникнуть в центральную часть Северного Ледовитого океана и приподнять завесу, скрывающую от нас тайны Северного полюса, потребовали много упорного, тяжелого труда, невероятных усилий, мужества, настойчивости, самоотверженности и многих человеческих жертв.

Первым из известных нам путешественников, пытавшихся проникнуть как можно дальше на север, был грек Пифей из Массалии (нынешнего Марселя, на юге Франции). От собственноручных записей, которые вел мореплаватель, сохранились только разрозненные фрагменты по несколько строк в каждом. Они уцелели случайно, и за это надо благодарить другого знаменитого грека, крупнейшего античного географа и историка Страбона, жившего на рубеже старой и новой эры. Это был автор объемного труда "География", состоящего из семнадцати книг.

Карта путешествия Пифея
Карта путешествия Пифея

Изучая записи Пифея, Страбон пришел к выводу о том, что они – сплошная выдумка. Ему казалось невероятным, что "человек честный, и притом бедняк, мог проплыть и пройти столь большие расстояния, дойти до пределов моря и исследовать всю часть Европы, лежащую на севере". Но, будучи настоящим историком Страбон не позволяет себе уклониться от цитирования первоисточника, т. е. дневников Пифея, и эти-то цитаты как раз лучше всего свидетельствуют в пользу "показаний" первого полярного мореплавателя.

Пифей был не только выдающимся для своего времени путешественником, но и крупным ученым – географом и астрономом. Он впервые применил астрономические наблюдения в географической науке, доказал влияние Луны на приливоотливные явления, определил, что Полярная звезда не вполне точно соответствует точке, через которую в северном полушарии проходит земная ось. Пифей хорошо знал, что "высота" полюса над горизонтом и географическая широта – понятия тождественные, и он с высокой для своего времени точностью, при помощи гномона (вертикально поставленного шеста, отбрасывающего тень), определил положение Массалии на земном шаре. Пифей предпринял свое полярное путешествие около 325 года до нашей эры.

Историки свидетельствуют, что Пифей отправился в свое плавание для научных исследований и открытий. Он хотел проследить "чудно-великое явление поднятия полюса и наклон земли к северу соответственно изменению горизонта, а вместе с этим исследовать протяжение нашей части земли и доступность ее для людей". Это было в те далекие времена, когда только что возникшее предположение о шарообразности Земли было впервые убедительно доказано основателем истинного естествознания –  Аристотелем (384–322 годы до нашей эры). Называют и практическую цель путешествия Пифея к северу Европы. Она состояла, по-видимому, в определении тех мест, где карфагеняне (по морю) и кельтские торговцы (по суше) доставляли грекам олово и янтарь.

Пифей прошел через Геркулесовы столбы (так называли тогда Гибралтарский пролив) и вышел в Атлантический океан. Затем он направился вдоль западных берегов Европы на север и вскоре достиг западной оконечности Бретани, откуда поплыл к Британским островам. Пройдя Британские, а затем Оркнейские острова, Пифей устремился дальше на север и через шесть дней плавания достиг "страны полуночного солнца" – острова Фуле, где "ночь была совсем короткая, местами продолжалась два часа, местами – три". Море показалось ему "сгущенным", вода – "густой", т.е. замерзшей.

Встретившиеся с Пифеем бретонские кельты уверяли, что на расстоянии однодневного перехода по ту сторону от Фуле (Туле) лежит "мертвое море". Из бесед с ними Пифей узнал, что еще дальше "нет ни моря, ни земли, ни воздуха и висит там в пространстве какая-то смесь из всего этого, ни для кого не проходимая".

До сих пор не установлено точно, до каких широт проник Пифей и что нужно принимать за открытый им остров Фуле. Некоторые полагают, что Фуле – это современная Исландия; другие считают, что Пифею не удалось проникнуть далее Шетландских островов. Существует также мнение, что Пифей достиг западных берегов Норвегии примерно на 64°30'– 65° сев. шир. Пифей, полагая, что проник "на север до конца света", решил, что немыслимо плыть дальше, и повернул обратно. Пифей оказался первым посланцем цивилизованного мира, не преследовавшим при этом никаких захватнических целей. Но тогда зачем же он отправился в свое путешествие?

Разумеется, не снега и не льды звали Пифея, а затем и древних скандинавов в страну незаходящего солнца и многомесячного зимнего мрака. В норвежском литературном памятнике первой половины XIII столетия "Королевское зерцало" есть такие слова: "Хочешь ты знать, что ищут люди в той стране и почему они туда отправляются, несмотря на большую опасность для жизни, знай же, что три свойства человеческой натуры побуждают их к тому: во-первых, соревнование и склонность к известности, ибо человеку свойственно устремляться туда, где грозит большая опасность, благодаря чему можно приобрести известность; во-вторых, любознательность, ибо также свойством человеческой натуры является стремление видеть и знать те местности, о которых ему рассказывали; в-третьих, человеку свойственно любостяжание, ибо люди постоянно жаждут денег и добра и идут туда, где, по слухам, можно иметь прибыли, несмотря на грозящую большую опасность".

В стародавней хронике уже были сформулированы те основные законы, по которым человек и сегодня (как сто, тысячу, десять тысяч лет назад) уходит в Загадочное и Неведомое.

Карта мира монаха Беатуса
Карта мира монаха Беатуса

Прошло много времени от первого путешествия Пифея в страну "полуночного солнца". Суеверные представления о природе полярных морей отпугивали путешественников и надолго задержали развитие знаний о полярных странах. В XI веке каноник Адам Бременский писал, что за Гренландией "лежит царство льдов и мрака, и находится вязкое, наполненное чудовищами море", что там конец мира, "где в зияющую пропасть низвергается вода". Многие моряки тогдашнего времени, даже самые образованные из германцев, прилив и отлив моря объясняли действием громадного водоворота в полярном море, поглощающего и извергающего воды, как будто забыв, что и финикияне, а со временем Пифея и греки считали Луну причиною этого удивительного явления. Для выяснения причин этого явления в 1040 году было предпринято плавание фризов (германская народность, населявшая в средние века побережье Северного моря от залива Зюдерзее до реки Эмс).

Многие исследователи-географы склонны называть плавание фризов "первой экспедицией к Северному полюсу". Адам Бременский, которому мы обязаны описанием первых экспедиций к полярным странам, сообщал: "Также рассказывал мне блаженной памяти архиепископ Адальберт, что в управление его предшественника несколько почетных людей из Фрисланда поплыли к северу, чтобы исследовать море, так как, по понятиям этих людей, от устья Везера по прямой линии к северу более нет земли, а только море, называемое "Leber See" (свернувшееся море).

Чтобы проверить эту истину, собравшиеся товарищи отвалили от Фризского берега. Оставив за собой Данию, Британию, они добрались до ледяной Исландии. Отсюда они проплыли морями еще дальше к Крайнему Северу. Но при этом они внезапно попали в густой, непроницаемый для глаз туман застывшего океана. И вот непостоянное и безотчетное течение моря, возвращающееся к таинственным своим источникам, увлекло с необычайной силой в бездонную пучину несчастных и отчаявшихся в спасении. Это была, как передают, раскрытая пасть бездны, куда, по сказанию, вливаются все моря и где возникают приливы и отливы. Некоторые товарищи были со своими судами совсем увлечены течением, другие же, после долгой борьбы с круговоротом, были выброшены обратно. Усиленно работая веслами, они избежали угрожавшей им опасности и были спасены.

Неожиданно они увидели остров, окруженный высокими утесами, как город стенами. Чтобы исследовать местоположение, они вышли на берег и увидали людей, которые в полдень скрываются в подземные пещеры. У входа и эти пещеры лежали бесчисленные сосуды из золота и других металлов, которые считаются редкими и драгоценными. Взяв с собою из этих сокровищ сколько могли поднять гребцы весело возвращались к своим судам. Но обратив взоры назад, они вдруг увидели за собою людей необычайного роста, которые называются у нас "циклопами". Впереди них бежали громадные собаки. Один из их товарищей был тут же схвачен и на их глазах растерзан. Остальные успели добраться до своих кораблей, преследуемые криками гигантов, когда они уже были в открытом море. После всех этих приключении фризы, наконец, вернулись в Бремен. Здесь они все последовательно рассказали архиепископу Алебранду и вознесли Спасителю и его угоднику Вилльебаду благодарственное молебствие за свое спасение и возвращение, принесли также благ дарственную и примирительную жертву (hostia)". В этом описании мистика переплетается с действительными фактами.

Как далеко на север удалось проникнуть фризам, установить по описанию Адама Бременского невозможно. Оставив в стороне фантастический и религиозный элементы этого описания, мы можем предположить, что фризы попали прежде всего в Исландию, а затем пытались выяснить, как далеко на север простираются пределы океана. Но попытка их не увенчалась успехом – суда застряли во льдах, покрывавших море, затем попали в сильное встречное течение. Потеряв несколько кораблей, фризы вынуждены были повернуть обратно. В том же XI веке (около 1060 года), как описывает Адам Бременский, король норманнов Харальд Хардраде снарядил  экспедицию к Северному полюсу с целью установить пределы моря по ту сторону Туле (Исландия?). Описание этой экспедиции также приукрашено фантастическими сведениями.

Адам Бременский рассказывает, что Харальд дошел "до покрытой темным туманом части света и едва спасся от угрожающей ему погибели в бездонных пропастях". Саксон Грамматик, который приблизительно через сто лет после Адама Бременского писал свою историю Дании, рассказывает об удивительном плавании короля Гормса, что в то время полагали, будто на Крайнем Севере находится царство мертвых. Мифы и сказания передают, что скандинавы укладывали своих покойников в лодки или суда и предоставляли их произволу волн и ветра, чтобы доставить их в неведомую страну. В Германии еще в XIII столетии Британия считалась "островом мертвых". Неразрывно с древним поверьем галлов связано и ныне еще существующее в Бретани убеждение, что у северных берегов Франции собираются все души умерших, а оттуда их перевозят в Британию или на один из островов Бритии.

Из всего этого видно, что ясные, здравые понятая и познания Отара о скандинавских и финских полярных странах в последующих веках совершенно исчезли. Вместо познаний об этих странах разыгрывается фантазия: гиганты и стихийные духи, даже души мертвых, там водворяются и царствуют. Например, в Исландии существовало предание, что эльфские подкороли Исландии должны были ежегодно являться к своему главному королю Норвегии, чтобы отдать отчет о своем управлении и представлять оправдание против принесенных на них жалоб.

Впрочем, и теперь нет недостатка в некоторых отдельных данных, которые охраняли бы право здравого суждения перед произвольным поэтическим вымыслом.  Исландо-норвежская география XIII или XIV столетия, отрывки которой встречаются в различных рукописях описывает, что на севере Норвегии лежит Финнмарк, а к востоку прилегает Биармия. Необитаемые страны связывают Биармию с Гренландией. Составленное еще в начале XIII столетия в Норвегии сочинение, так называемое "Konig-sspiegel", указывает на эту связь и на континентальность Гренландии по множеству зверей, которые едва ли могут водится на острове. По сведениям этой географии, южнее Гренландии лежат земли Галлу и Марк, под которыми, по всей вероятности, следует понимать Лабрадор и Ньюфаундленд. Оттуда недалеко до Винланд, простирающегося, по мнению многих авторов того времени, до Африки. Самое замечательное во всех этих сведениях следующее: они тогда полагали, что северный полюс окружен сплошною массою обитаемой земли, что, прочем, теми же словами мы находим отмеченным в записях монаха Николая Тингейрарскаго, умершего в 1158 году.

Карта мира Осма
Карта мира Осма


В сообщении под названием "Breve Chronicon Norvegiae", говорится, что к северо-востоку от Норвегии живут карелы (кирьялы), квены, скридфинны (cornuti Finni) и биармейцы, а также гиганты и амазонки. Различные чудовища населяют полярное море: киты, разбивающие самые большие суда, одноглазые моржи, сирены, безголовые и бесхвостые гаффстрамбы, кракены (морские змеи), страшные гаскиты и пр. Таким образом понятно, почему Белое море было названо заколдованным заливом (Gandvic). С половины XIII века прекратились плавания норвежцев в Биармию. Небезосновательны сведения метеорологов о возможном значительном похолодании в арктическом регионе, после чего северо-восточное прибрежье сделалось из-за непроходимых льдов практически недоступным и еще более неизвестным. Разумеется, что в рассказах того времени – большой разгул колдовства и чародейства.

Еще около ста лет спустя, в конце XIV столетия, мы встречаем знаменитое путешествие венецианских братьев Николо и Антонио Зено. Подобно фризским именитым людям, они поплыли наверх к Ферерским островам, к Исландии и Гренландии. Подобно им, они шли по следам норманнов. В 1390 году очень известный и всеми почитаемый морской офицер Николо возымел мысль предпринять плавание для новых открытий к северу. Собственными средствами он снарядил судно и поплыл через Гибралтарский пролив, благополучно дошел до берегов Фландрии и Англии. Но потом корабль его, выдержав сильный шторм, потерял курс и был нанесен на мель у неизвстного ему берега. Судно погибло, весь экипаж достиг берега. Здесь путешественники узнали, что они находятся на острове Фризланд, недалеко от Шотландии, состоящем под главенством норвежского короля и управляемом вицекоролем Зихмни. Зено был приветливо принят этим князем, говорившим свободно по латыни. Поступив к нему на службу, он сделался начальником фризландскаго флота.

Во время пребывания братьев Зено на этом острове они вместе с фризландцами предприняли несколько больших экспедиций. Неоднократно побывали они в Исландии и Гренландии. Ближе познакомившись со всеми этими северными странами, Николо Зено составил карту, которую Антонио со всеми остальными рукописями покойного брата отправил в 1405 году в Венецию, где она и была спустя много лет опубликована. Названия исландских местностей, несмотря на то, что они значительно искажены невеждами издателями, все более или менее тождественны. Карта братьев Зено первоначально была без проекции, и только впоследствии покрыта градусною сетью.

Из остальных средневековых морских экспедиций можно бы еще назвать плавание польского штурмана Иоанна Школьного, снаряженное в 1476 году датским королем Хрисианом II. Он был, будто бы, на островах Исландии и Гренландии и делал различные открытия на Севере. В конце шестнадцатого века знания об Арктике несколько расширяются, постепенно рассеивается окружающая ее таинственность. Появляются первые основанные на исследованиях, хотя и со значительной частью домысла, карты Арктики с изображением ее центральной части. Так, Мартин Бехайм на впервые им созданном в 1492 году глобусе показал Северный полюс, окруженный большим морем; на карте Виллема Баренца 1598 года в район Северного полюса также показано море, в то время как на карте Герхарда Меркатора, изданной в 1569 году, там находится большой арктический континент, разделенный на части значительными реками. Каждый по-своему был прав, так как никаких данных, подтверждающих или отрицающих эти предположения, еще не было.

Александр Лактионов

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика