Карта канинского похода

Все про поход на Канин:


Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/sevprostor/web/sevprostor.ru/public_html/components/com_content/models/articles.php on line 491

Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/sevprostor/web/sevprostor.ru/public_html/modules/mod_articles_latest/helper.php on line 136

    Warning: Invalid argument supplied for foreach() in /home/sevprostor/web/sevprostor.ru/public_html/templates/newsvpr/html/mod_articles_latest/slider.php on line 45
Свернуть

Мезенская губа и горло Белого моря

Завершая очередной переход, мы приближаемся к Мегре. Давно уже хочется где-нибудь здесь остановиться, но берег представляет собой один сплошной высокий песчаный крёж, предваряемый широким гладким пляжем. Забраться наверх, набрать пресной воды — практически невозможно. Да и не безопасно вставать на таком открытом месте.

Каждые пять километров попадается прекрасный и удобный распадок, но тут располагаются промысловые избы, в каждой из которых кто-то есть. Нам же хочется встать не только в укромном, но и в безлюдном месте. 

Ровный, открытый всем ветрам берег тянется и тянется, в трубу я разглядываю распадок, по которому можно хотя бы подняться в тундру за водой, но проходит десять минут, как я начинаю видеть возле этого распадка избу.

Спустя еще некоторое время появляется возможность рассмотреть расставленные в море сети и следы пребывания человека в той избе, и становится ясно, что идти нам нужно дальше, чтобы найти очередной распадок, возле которого нет никакого жилья. Однако, пройдя еще пяток километров, мы видим ту же самую картину: избушку, сети, и людей.

Так повторяется много раз, и, в конце концов, мы добираемся до деревни, от которой решаем отойти еще километров на десять и встать, но и там, впереди, я снова вижу избу, стоящую как раз сверху распадка.

Я страшно ругаюсь на перенаселенность этого района, и главным, что вводит нас с Наташкой в замешательство, является то, что при таком обилии народу, мы не видим здесь ни единой лодки. Так мы проходим Мегру, после чего, подождав еще около часу, понимаем, что уже очень сильно устали и хотим остановиться. Ничего не остается, кроме как направиться к избе, стоящей над очередным распадком.

Я ставлю катамаран на якорь с таким расчетом, чтобы веревки хватило до берега. А вылезши на пляж, первым делом отправляюсь в сторону изб. По распадку, над которым они стоят, течет крохотный ручеек, в котором можно набрать воды, но я все равно лезу наверх. Здесь находится два домика, возле одного из которых стоит стол с кухонной утварью – то есть здесь явно также как и везде были люди.

Позвав хозяев, я выкурил сигарету, потом позвал еще разок, но ответа не получил. Что ж, в данный момент здесь никого нет. Я заглянул в окошко ближнего строения и отправился обратно. Когда я вернулся к катамарану, он уже обсох, и деваться было некуда, так что оставалось только набрать воды из ручья, поставить палатку и расположиться на ночлег.

Фотографий этих мест у нас, к сожалению, нет.
Фотографий этих мест у нас, к сожалению, нет.

Я тащил ящик с полными бутылками пресной воды, когда вдруг увидел две точки, движущиеся по широкому пляжу со стороны деревни. Дойдя до катамарана, я поставил воду на палубе, снова закурил, и вместе с Наташкой мы принялись ждать хозяев этого места. При взгляде через подзорную трубу стало понятно, что к нам несется пара мотоциклов, а через некоторое время уже можно было разглядеть, что это страшно ржавые «Тула» и «Минск». Полярный «Мэд Макс», подумал я, и мы принялись ожидать райдеров с удвоенным любопытством.

Через несколько минут мы уже общались с местными, которые оказались двумя молодыми поморами, с обветренными лицами и выгоревшими на солнце усами. У обоих за спинами были стальные кузова на лямках, из одного из которых торчал ствол ружья: под стать мотоциклу оно было вытертым и немного поржавевшим. Выглядели рыбаки совершенно фантастически, невероятно хотелось их сфотографировать, но снимать незнакомых людей было жутко неудобно.

Песчаный пляж
Песчаный пляж
Мы пообщались, поговорили о погоде, об их мотоциклах, и выяснили, наконец, почему же здесь нет ни одной лодки. Все оказалось элементарно: местное население передвигается исключительно по суше.

Да, это, действительно гениально! Берега здесь исключительно ровные; всюду широкие как шоссе пляжи, по которым можно ездить совершенно на чем угодно. Кто-то пользуется автомобилями, но большинство предпочитает именно мотоциклы, так как они легко грузятся в лодки, служащие для перевозки техники через реки. Передвигаясь по пляжу, человек совершенно не зависит от погоды, и именно поэтому здесь совсем не пользуются лодками, а благодаря высоким приливам сети проверяются по малой воде, к ним можно просто подъехать. Позднее мы стали обращать больше внимания на берега при переходах, и действительно, я начал замечать стоящие, а иногда и едущие там и тут мотоциклы.

Хозяева пригласили нас зайти через некоторое время в гости; сами отправились растапливать печку, а мы остались ставить палатку, чтобы потом не заботиться об этом. Позднее появился третий, самый старший член семьи, тоже на «Минске», также подъехал к нам, и с ним мы тоже немного поговорили, сказав, что скоро зайдем в избу на чай.

За чаем мы расспросили хозяев об их жизни. Выяснилось, что они, конечно, по северной традиции любят немного жаловаться, однако, дела у них на самом деле обстоят много лучше чем у многих городских жителей.

Например, они ловят рыбу (семгу) и сдают ее закупщикам по ценам от 300 рублей за килограмм в зависимости от массы конкретной рыбины. То есть при суммарном весе улова за сезон набегают очень неплохие прибыли. Конечно, в деревнях довольно сложно что-либо купить, но жители имеют возможность регулярно летать самолетами на землю и закупаться там всем необходимым.

В конце концов, мы сошлись на том, что в поморских деревнях жить однозначно лучше и проще, чем в каком-нибудь Питере, или, не дай бог, Москве. Нам рассказали, что в деревне Мегра живет около сорока человек, а в следующей Майде – и того меньше. А в деревне Ручьи, что стоит не доходя Мегры, вообще расположен крупный рыболовный кооператив, и именно поэтому в том районе столько изб и столько народу.

Зимний берег
Зимний берег


Обед туриста
Обед туриста
Самый старший член семьи, дядя по отношению к двум другим присутствовавшим людям, братьям, рассказал нам о местных приметах, подробностей которых я не уловил из-за их сложности, но которые предсказывали погоду исходя из фазы луны и величины прилива. В общем, он наказал нам ждать определенного дня и смотреть, какая погода в этот день будет, мол, всю следующую луну будет стоять такая же. Но я не придал тогда этим приметам особого значения. Также нам рассказали и об очень мощных течениях в Горле – «как по реке пойдете!». Еще немного посидев, мы тепло простились и пошли восвояси. На прощанье рыбаки подарили нам пару чудных рыбин, что оказалось весьма кстати.

Утром, с новой водой мы двинулись вперед и прошли Майду. После нее, не доходя десятка километров до поселка Вороновского, стоящего на одноименном мысе, знаменующем собой начало Мезенской губы, мы остановились в удобном месте, опять возле избушки. В избе в тот момент жило два человека – старый дед и мужик помоложе. 

Мы специально встали поодаль, чтобы не напрягать их своим обществом, а зашли только ради того, чтобы обозначить свое присутствие и немного поболтать, из вежливости. Нас, конечно, приглашали в гости, но мы отказались. Тем более, что у мужиков был пес довольно задиристого характера, и мы решили, что постоянные драки между нашими псами и хозяйской собакой будут всех сильно нервировать.

Прощаясь после беседы, дед нам также поведал о тех же самых старых поморских приметах, кои мы слышали в Мегре. Он тоже говорил о фазах луны, водах и прочих высоких материях, которые просто так с наскоку постичь невозможно. Также он говорил о предстоящем в скором времени шторме и о том, что если мы хотим пересекать губу напрямки, то нам следует поторопиться.

Стоянка
Стоянка

В палатке
В палатке

Тем не менее, я в очередной раз подумал, что все это глупости, и преобладающая погода предстоящего лунного месяца никак не может зависеть от перечисленных факторов. Позднее окажется, что дед был прав на все сто, но сейчас стоял полный штиль, а на безоблачном небе висело солнце.

Прошла ночь, и настало утро, такое же штилевое и ясное, как и вчерашний день. Без всяких сомнений мы собрались и пошли вперед по намеченному курсу, к еще невидимому острову Моржовец, до которого от мыса Воронова всего тридцать километров. А потом, если все будет складываться удачно, останется еще километров восемьдесят до берегов Канина.

Наш катамаран
Наш катамаран

Местные обитатели
Местные обитатели

Севка бдит
Севка бдит

Здесь уже никаких лесов, только ровная тундра
Здесь уже никаких лесов, только ровная тундра

Песок
Песок

И пушица
И пушица

Ну и, конечно, туристы
Ну и, конечно, туристы


Движение к Моржовцу проходило в дремотной лени. Было хорошо, тепло, тихо, и только гудение мотора убаюкивало нас. На зеркальной поверхности воды виднелись бурлящие струи сильного течения.

В Мезени, максимальные приливы достигают 11-метровой высоты, и сложно представить, какие огромные потоки воды циркулируют в губе. Я периодически включал навигатор, но к счастью нас никуда не сносило, течение помогало нам, мы шли со скоростью 13-14 километров в час.

Всю дорогу я наблюдал, как на юго-западе, позади нас, небо заволакивает мрачными тучами, но очень надеялся, что мы успеем проскочить, благо ползли они очень медленно.

Наконец, спустя пару часов, мы приблизились к Моржовцу. Преследовавшие нас тучи, тем временем, оказались теперь как-то совсем близко, поэтому нам следовало принять решение – остановиться тут, или идти еще 70-80 километров по морю.

Проходя мимо острова, и глядя на него в подзорную трубу, я не увидел ничего интересного. Там стоял маяк, какие-то обжитые крашеные домики, виднелась антенна РЛС. 

Подумав, мы пришли к выводу, что может ничего плохого с погодой в ближайшие часы и не произойдет, а если мы останемся на острове, то рискуем застрять тут на несколько дней. А Канин – вот он, где-то там за горизонтом, рукой подать. Достигнув его, мы преодолеем важный рубеж, и поэтому нам надо рискнуть. С тем мы и отправились дальше.

Часа через два тучи все-таки закрыли солнце, и подул легкий ветерок. Скорость упала до 9 км/ч, но не возвращаться же нам обратно! Главное, что на горизонте замаячили какие-то далекие возвышенности, и это придавало нам уверенности. Но погода все портилась и портилась, становилось все неуютнее и неуютнее. Прошел еще час, как я понял, что нас стремительно нагоняет дождь. Пришлось нам утеплиться и надеть плащи.

Вот и кончилось наше благоденствие. Вместе с дождем пришел ветер и холод, но что было самым неприятным, так это то, что пропала всякая видимость. Мы уже не наблюдали никаких ориентиров, вокруг нас было только качающееся море и этот проклятый дождь. Время шло, раздувало и раскачивало все больше. Радовало меня одно: дуло в спину, и волны, шедшие сразу с трех сторон, преобладали все-таки с нужной стороны и подгоняли нас.

Через несколько часов такого перехода я совсем упал духом и замерз. Что уж говорить, колбасило тут не по детски, и вообще было мне, прямо скажем, страшновато. Я шел по компасу, иногда включая навигатор, и видел, что теперь течение нас затягивает в губу, поэтому курс надо держать с некоторой поправкой, отчего скорость наша падала еще больше.

Периодически мы проходили сквозь плотные полосы болтающегося в волнах плавника. Тут приходилось полностью концентрироваться на воде, чтобы ненароком не наехать на какое-нибудь большое бревно. У меня складывалось такое ощущение, что кучи этого дубья по губе носит вечно туда и сюда, ведь больше я нигде не видел такого количество одновременно плавающего деревянного мусора. Вероятно, благодаря течениям, плавник собирается именно в этих местах и никуда отсюда не выносится долгое время.

Иногда я смотрел на навигатор и говорил Наташке, что вот, до Конушина нам осталось 40 километров, 30, и так далее. В ответ она обреченно-обиженно восклицала – «неужели нам торчать тут еще часов пять?». Да, действительно, по сравнению со ста десятью изначальных километров, тридцать пять грядущих казались мизером, но стоило подумать о том, что со всеми поправками и последующими поисками места нас ждет еще часов пять холода, мокроты, ветра и волн, как становилось совсем печально.

Но деваться некуда, и, в конце концов, мы досиделись до того, что вдруг откуда ни возьмись, из-за пелены дождя перед нами возникли очертания близкого берега. Еще километров пять, и мы будем на суше. Главным теперь было решить, куда именно идти, чтобы безошибочно найти удобное место для высадки, так как о стоянке в море при такой погоде, даже и речи не было.

Я решил идти прямиком к Конушину носу, где на карте была обозначена деревенька и метеостанция. Самой соблазнительной деталью местности виделась большая лагуна, зайдя в которую, мы окажемся как у Христа за пазухой. Туда я и направил наш катамаран.

Медленно мы ползли вдоль высокого берега, к которому я старался подойти поближе, чтобы рассмотреть, что там делается. Из-за дождя я не мог ничего понять, но когда мы подобрались еще поближе, то я сперва подумал, что берег состоит и сплошных каменных скал, но потом стало ясно, что это глиняный крёж, постоянно подмываемый морем, куски которого, прямо вместе с тундрой и землей падают вниз. Никакого пляжа тут не было, только одна сплошная стена глины, об которую бьются злые волны. Причалить к этому обрыву никто не осмелился бы, поэтому мы продолжали двигаться дальше.

Но вот из тумана возник силуэт одинокого покосившегося домика, а затем мы увидели низкую косу, отделяющую лагуну от бушующего моря. Да, это Конушин нос, на котором нет ничего, кроме того домика. Радостные мы устремились к концу косы, но достичь его так сразу не получилось.

Впереди я увидел сплошную полосу каких-то странных, особенно неистовых волн, которые бултыхались строго в одном месте. Мы вошли эту полосу, но вдруг я осознал, что мы никуда не движемся, а просто стоим напротив одного и того же места на косе, прыгая среди огромных стоячих валов, вспучивающихся из воды там и тут. Я открутил газ до упора, однако это не принесло никаких результатов. Очевидно, здесь беснуется самый натуральный сулой, и течение таково, что пройти это место просто так у нас не получится.

Все здесь выглядело так, будто мы пытаемся пройти речной порог снизу вверх. Собаки в ужасе жались к нашим ногам, да и нам сделалось как-то не по себе. Но я решил попробовать обойти сулой чуть мористее, и медленно, но верно мы поползли дальше. Чтобы нас не затянуло опять в это страшное место и не выкинуло обратно на исходную позицию, пришлось заложить большой крюк, прежде чем войти в желанную лагуну.

Конушин нос
Конушин нос


Катамаран спокойно стоял на обсохшем гальковом дне, а я, выйдя из избушки оправиться, наблюдал картину светопреставления в море и думал о том, как же нам повезло прийти в это место.

Уютная и чистая изба
Уютная и чистая изба

Теперь мы на Канине
Теперь мы на Канине

А вокруг - никого
А вокруг - никого

Изба оказалась очень уютной, с работающей печкой, чистая и сухая. Наташка сперва хотела поставить палатку, но, посмотрев жилье, отказалась от этой затеи, слава богу.

Только довольные и усталые мы.
Только довольные и усталые мы.


Вещи уже сушились, готовился ужин. Шторм, таки случился – прав был майдинский дед. Интересно, прав ли он окажется с предстоящей погодой? Если шторм не закончится в ближайшие дни, то по его приметам весь грядущий месяц будет плохим. Ладно, посмотрим. Я застегнулся, и по лесенке пошел вниз, на пляж, собирать дрова.

Спуск к морю
Спуск к морю

Вот такой он - Конушин нос
Вот такой он - Конушин нос

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика