Карта путешествия

Все про это путешествие:

Свернуть

Глава V, река Поной

Мы идем вперед, и проходим  мимо очередной базы. Наверно это уже та самая, «американская», где по словам начальника «Пачи», должен находиться поляк. База находится на слиянии Поноя и Ачерйока. Возле самой базы, по пояс в воде у берега стоят иностранцы и ловят семгу нахлыстом, хмуро смотрят на нас. Мы замечаем русского человека, из персонала – он едет по берегу на каком-то колхозном трайке.

Мы проходим еще немного и останавливаемся на обед. Еду готовим на крохотном костерке среди камней. Природа, однако, сильно изменилась. Берега состоят из булыганов, а за полосой камней начинаются непролазные заросли карликовых березок и различных кустов, а еще дальше начинаются склоны долины, в которой течет Поной. Что интересно, на реке создается необычная оптическая иллюзия – будто река у одного берега выше, чем у другого и мы плывем по склону. Пообедав и просушив, наконец, солнечные батареи, которые мокли уже целую неделю, мы идем дальше.

Мохноногий канюк (зимняк)
Мохноногий канюк (зимняк)
Скалы
Скалы

За первым же поворотом мы опять видим иностранных рыбаков на берегу и моторку посередине реки. Человек в моторке заводит мотор и аккуратно направляется к нам. Мы сушим весла и ждем. В моторке оказывается парень лет тридцати, гид-проводник, мурманчанин. Он караулил своих подопечных, сидел в лодке и скучал, но тут появились мы, и он подошел пообщаться.

Оказался он весьма приятным и интересным человеком. Как выяснилось, он гидует на Поное уже третий сезон, работа эта ему очень нравится – работает он не ради денег, а из-за любви к местной природе. Мы поболтали о том, о сем, рассказали о себе. Не считая поляка, туристов он видит впервые, в нашем лице. Поляк по его словам прошел мимо базы на Ачерйоке не останавливаясь, и усвистал куда-то дальше. На последок, гид нам рассказал кое-что о том, что ждет нас впереди. Он говорил, что ходил до базы Рябога, что находится на одноименной реке. Предостерег нас насчет порога Колмацкого, мол там и на моторке нелегко. Мы намотали услышанное на ус, распрощались и двинули вперед.

Вот и впадение Колмака. Перед нами высоченный и крутой утес. Слева в Поной впадает Колмак, нам нужно направо. Мы неспеша идем к обещанному нам порогу и замечаем какие-то знаки с надписями на берегах. Мое воображение сразу начинает рисовать различные предостережения типа "Стой! Стреляют" или "Запретная зона", Наташка же, по приколу, предположила что там может быть нарисована какая-нибудь пиктограмма, например, зачеркнутая лодка в кругу, или лодка, сломанная пополам, тоже в кругу - мол там страшные пороги. Но все оказывается гораздо прозаичнее: там всего лишь написано – «граница рыболовных угодий "Серебро Поноя". Лов только по письменным разрешениям». Поглазев вдоволь на этот знак, мы сосредотачиваемся. Сейчас нам предстоит пройти порог Колмацкий. 

Вопреки обещаниям, он оказывается совсем нестрашным, так, не очень большие хаотические валы и не особо много камней. Хе-хе... Это не море, конечно. Фигня! Пройдем и остальные.
Теперь можно точно сказать, что мы вошли в финальную фазу нашего речного этапа. 

Поной снова стал совершенно другим, нежели чем был раньше. Мы входим в каньон. Здесь, судя по всему, уже не будет той скучной равнины, что была раньше. Здесь нас ждут бурлящие струи воды, пороги и крутые стометровые стены сжимающие реку с обеих сторон. Кто его знает, как оно пойдет. Ведь у нас совсем нет подобного сплавного опыта. Но первый порог мы прошли, даже ничего не заметив, значит все нормально! А где-то далеко впереди – предпоследнее препятствие, которое мы должны преодолеть на пути к морю, венчать этот отрезок пути будет Бревенный порог. 

Река здесь, действительно, становится заметно уже, чем она была до впадения Колмака. Общее падение уровня воды на участке от Каневки до устья составляет порядка ста метров на сто километров, если верить отметкам урезов воды на карте. Одно из описаний, хотя и содержит явные ошибки, говорит нам следующее: 

«На участке до села Каневки, где оканчивается среднее течение реки и еще нет порогов, начинает формироваться ее долина. От Каневки до устья - низовье Поноя. Здесь на 50 км реки - 11 крупных порогов, общее падение воды - 60 м. Все пороги требуют просмотра и большого внимания при преодолении. Относительно мелководный Колмацкий порог (длина около 2 км) начинается ниже устья притока Колмак. Ольховый порог (в 12 км ниже Колмацкого) похож на предыдущий, но короче. Порог Косой (в 10 км ниже устья реки Рябинги) имеет косой слив от правого берега к левому через большие плиты. Спустя 13 км один за другим следуют Кривой и Сухой пороги (общая длина около 2 км). Направление основной струи на них часто меняется, в сливах большие стоячие волны. В Лопенярском пороге (за устьем реки Лопенярки) в сливе много крупных камней; сложный судовой ход и в следующем за ним - Лопальском пороге. Наиболее сложны три каскада Бревенного порога, находящиеся в 300-400 м друг от друга за крутым изгибом Поноя после впадения Бре-венного ручья. Все каскады труднопроходимы (особенно 2-й и 3-й), обнос по берегу затруднен из-за скал. В зависимости от опыта группы эти пороги либо проходят на разгруженных байдарках, либо проводят суда у берега. За Бревенным порогом Поной - широкая, спокойная, мелкая река со скалистыми, безлесными берегами.»
(с) «Север». М., «Физкультура и спорт», 1975.

Указанное тут расстояние от Каневки до устья я считаю явной ошибкой. Пятьдесят километров, похоже, взяты с потолка. От Каневки до начала фьорда – не менее ста километров. И не совсем понятно, откуда и докуда считали шестьдесят метров падения уровня. Хотя, если считать, что каждые десять километров уровень падает примерно на десять метров, то данные описания в общем соответствуют данным карты. Но не стоит углубляться в справочники, вернемся к реальности. 

Нас несет быстрое течение, вода всюду бурлит. Ветер дует в лицо, и, не смотря на течение, идти бывает трудновато. Берега вокруг нас становятся очень высокими и крутыми. Они покрыты лесом, а где-то наверху – иногда видна тундра. Часто растительность на берегах уступает место отвесным утесам, даже при очень большом желании здесь трудно найти место для стоянки. Да что там! Просто выйти на берег здесь можно далеко не везде. Кое-где с крутых склонов в реку льются настоящие водопады. Мы двигаемся, завороженные этой суровой картиной. 

Прогулка по берегу
Прогулка по берегу
Скалы
Скалы

Достигнув плеса, мы высаживаемся. Нам надо размяться и немного отдохнуть от мордотыка, да и Наташка хочет пособирать тут камешков для аквариума. Какое-то время мы отдыхаем на берегу, усыпанном иголками колотого камня. Вверх уходит такая круча, что влезть на нее было бы очень сложно. Я фотографирую ландшафт и с благоговением глазею по сторонам. Неужели это на самом деле происходит с нами? Невозможно передать ни словами, ни фотографиями эту красоту. 

После короткого привала мы преодолеваем еще пару участков с быстрым течением, и вновь попадаем на плес в районе впадения рек Пурнач и Рябога. Несмотря на то, что река в этом месте широка, течение тут очень сильное – 5пять-шесть км/ч. Где-то здесь стоит и турбаза, но я ее не вижу. И слава Богу. 

Похоже, тут подходящее место, что бы встать на ночевку. Среди крутых склонов и скал на левом берегу я замечаю заросшую ложбину рядом с очередным ручьем. Мы поворачиваем туда и причаливаем. За прибрежными кустами мы обнаруживаем уединенную полянку со старым заросшим кострищем. Ровное место для палатки удается найти с трудом, на нашем пятачке такое место всего одно. Кругом какие-то буераки и заросли. 
Погода, наконец, стала стабильно хорошей и ясной, греет солнце, и конечно же, жрут комары. Мы готовим еду на костре. Скоро отбой.

От Рябоги до порога Лопенярского

С утра мы двинулись в путь. Ветер дует в лицо, идти очень нелегко. Турбаза, о которой я думал вчера, оказалась прямо перед нами. Непонятное белое пятно на юго-восточном конце плеса, было на самом деле большим длинным строением с металлической крышей. Повернув налево при выходе с этого плеса, мы увидели и причал этой турбазы, у которого, кроме моторок, стояло еще и судно на воздушной подушке. 

После впадения реки Рябога, берега становятся еще выше и круче, начинаются сплошные скалы и течение делается еще быстрее. Да, вот теперь это настоящий каньон. Иногда над нами парят белохвостые орланы. Завидев нас, они начинают клекотать, и от этого создается полное впечатление, что мы находимся где-нибудь в новом свете. Со скал с шумом льются водопады, а в реке иногда плещется огромная рыба.
Берега иногда становятся похожими на стены. Они покрыты деревьями, но на верху находится тундра. Несмотря на близость турбазы, следов присутствия человека здесь совсем незаметно. Все-таки ходить в этих местах на моторке непросто. Хотя, пару раз мы видели на берегу большие пустые палатки - вероятно, это какие-то промежуточные рыбачьи стоянки, созданные хозяевами турбаз на всякий пожарный. 

Периодически мы проходим незначительные пороги. Грести тяжело - встречный ветер усилился, и дует здесь, как в аэродинамической трубе. От такого ветра и волны на порогах становятся круче и злее. По ходу нашего движения порогов становится все больше. Едва выскочив из одного, мы останавливаемся на обед. Позади уже двадцать пять километров пути.

Мы обедаем на более-менее пологом берегу, усыпанном крупными камнями. Наташка фотографирует цветочки, собирает камешки, а я кипячу воду на горелке. Мы едим картофельное пюре с сушеными овощами - очень удобный продукт, не требующий никакого особого приготовления. После обеда - снова вперед. 

Когда мы прошли очередной поворот реки, то ветер внезапно ослаб, гребля стала легче. Перед впадением реки Томба мы проходим очередной порог, на этот раз полноценный. В нем нам приходится идти сквозь весьма крупные валы. Пожалуй, это первый порог на Поное, в котором нам приходится напрячься по-настоящему. Был момент, когда я даже начал испытывать легкий страх. Вот они - низовья Поноя! Широкая мощная река рвется к морю, зажатая в каменные тиски берегов. Здесь она начинает показывать всю свою силу. Эту мощь я прямо таки чувствую своим нутром. 

После порога и впадения Томбы - еще один небольшой порожек, потом начинается короткий участок со спокойным течением. Здесь мы решаем остановиться, выйти на левый берег и подняться в тундру по руслу пересохшего ручья. Мы обязательно должны побывать там, на плато. Наши ботинки запрятаны достаточно глубоко, и доставать их не охота. К тому же на нас нападают тучи комаров, и копошиться в недрах нашего корабля, попутно сжираемом паразитами, я не хочу. Что делать, полезем в болотниках. 

Пионы?
Пионы?
река Поной
река Поной
река Поной
река Поной

Заниматься скалолазанием в сапогах - не самое лучшее решение. Чем выше мы поднимаемся, тем труднее становится лезть. Местами можно ползти по скале, но кое-где начинаются песчаные участки с отдельными камнями, которые так и норовят вывернуться из под ног и рук. Сорваться отсюда - проще простого. Я ползу первым, и постоянно пытаюсь оторваться от Наташки подальше и находиться не над ней, чтобы, не дай Бог, не обрушить на нее какую-нибудь глыбу. Уже ближе к концу подъема, я как обычно в таких ситуациях, начинаю проклинать ту минуту, когда я согласился на эту глупую затею. Ведь кроме этого сложного подъема, предстоит еще и спуск! Избави Господи! Но все когда-нибудь кончается, и мы, наконец, доползаем до самого верха. Вот и тундра! 

Едва мы ступили на плато, как на нас налетели несметные полчища комаров. Мы сразу надели капюшоны, затянув все тесемки, а комары бились в ткань с таким остервенением, что нам казалось, что начался дождь. 

Мы попали в совершенно другой мир. Мир, забитый под завязку целой кучей разнообразных растений, доселе не виданных, мир новых запахов и ощущений. Здесь кругом равнина, и пройдя немного вперед и оглянувшись вокруг, уже и не скажешь, что совсем рядом, далеко внизу, течет река, окруженная отвесными скалами и кручами с лесом. Представление о Поное, как о реке, текущей в каньоне, никак не вязалось с этим ландшафтом. Кругом лежало много медвежьего помета, поэтому я был начеку. Поставил ракетницу на боевой взвод и половину своего внимания посвятил постоянному «сканированию» всего окружающего пространства, на предмет какой-либо угрозы. 

Мы побродили немного и приготовились к спуску. Спускаться решили не по ручью, а по склону с деревьями. Одна мысль о том, что сейчас вновь придется ползти по этому руслу опять, причем на этот раз вниз, приводила в уныние. 

Спускаться среди деревьев оказалось значительно проще. Местами, мы просто съезжали на задницах по мягкому мху, и вообще, здесь было, за что зацепиться. Тут было сыро, где-то рядом тек ручей. Растительность на склонах, по своему разнообразию, ничем не уступала тундре. Сколько здесь было разных трав и цветов!


река Поной
река Поной
Я и ... пион?
Я и ... пион?
Фирн на берегу Поноя
Фирн на берегу Поноя

На одной из маленьких террас Наташка сорвала крупный розовый цветок, похожий на пеон и поволокла с собой. Нас одолевали комары, спуститься хотелось как можно быстрее. Скоро мы добрались до самого низа, к реке. Комары не отставали, мы спешно сели в байду и рванули вперед.

Впереди нас снова ожидают пороги. Мы входим в них лихим кавалерийским наскоком. Издалека, из тундры, они казались совсем не страшными и незначительными. На самом же деле эти пороги оказываются весьма серьезными. Нам опять приходится прорываться через высокие валы, обходить камни. С этого места река становится похожей на одну сплошную шиверу с множеством порогов и с редкими участками относительного затишья. Так мы попадаем на порог Лопенярский. 

Здесь нам приходится туго. Валы накрывают и заливают байдарку. Хаотично набросанные в реке камни и плиты становится все труднее замечать среди беснующейся воды. Но остановиться на полпути невозможно. Мы должны бороться за живучесть! Чтобы отдохнуть, надо пройти порог до конца. 

Изо всех сил гребя, пробивая бочки и пытаясь маневрировать в этом хаосе, мы начинаем выдыхаться. Волны бьют наш корабль со всех сторон и заливают его. Наступает момент, и мне становится страшно от того, что мы теряем контроль над ситуацией. Еще вчера у нас не было никакого опыта прохождения порогов, а теперь нам надо получать его прямо на ходу. Я опять чувствую мощь Поноя, то, как неистово его вода бьется об камни, как водяные вихри пытаются нас скрутить и поглотить. 

Мы проходим поворот, но порог не кончается - надо и дальше бороться с рекой. Я чувствую, что я деморализован, и что я очень устал. Байдарка сильно залита, а мы сами мокрые с ног до головы. Но, наконец, валы становятся меньше, и мы, не сговариваясь, решаем остановиться прямо здесь. 

Справа от нас - скалы, а дальше вновь начинается порог, и река делает поворот налево. Все берега впереди представляют из себя крутую каменную осыпь, выше которой начинается еще более крутой склон, поросший лесом. На самом верху кое-где лежит снег. Низкое вечернее солнце не достигает дна каньона на нашем берегу, отчего картина становится еще более мрачной. Что делать, мы выбрасываемся прямо на скалу справа, благо, у воды имеется крохотный пляжик, на который может поместиться наша посудина. 

Как только мы высадились, Наташка сразу переоделась в сухое, а я принялся вычерпывать воду. Стало холодно, но я предпочел высушить одежду на себе. О силе, с которой нас била вода, можно было судить по тому, во что превратился Наташкин цветочек. Он был прижат к фартуку веревочкой, в передней части кокпита. Теперь он полностью лишился всех лепестков и листьев, а оставшийся стебель был сломан пополам. Сколько же этого у нас осталось впереди? Скорей бы уже закончилась эта река! Понятно, что на море будет гораздо тяжелее, что там мы будем полностью зависеть от погоды и двигаться медленнее. Но это слабоконтролируемое и весьма опасное бултыхание в порогах, нас уже порядком утомило. А если мы кильнемся? Я замерз и одел Наташкину мокрую флиску. Согреюсь, а заодно и вещь высушу.

Фирн на берегу Поноя
Фирн на берегу Поноя
Цветы в камнях
Цветы в камнях

Наконец, я закончил откачивать воду, и мы пошли на разведку - может быть, чуть ниже по течению, нам удастся найти какое-нибудь ровное местечко для лагеря. Идем, разумеется, у самой воды, осторожно переступая по камням. «Господи, да тут снег и внизу лежит!» - увидели мы большую глыбу льда на берегу. Лед перемешен с песком и похож на кусок большого ледника.

Чуть дальше мы натыкаемся на какие-то следы, как собачьи, но крупнее. Я на всякий случай выпустил ракету - пусть звери знают, что здесь человек. Пройдя еще немного мы поняли, что впереди никакого, даже самого маленького местечка под палатку, не будет. Надо искать место на скале. Вот это жопа! Мокрые, замерзшие, зажатые в этом каньоне, уставшие - мы близки к тому, чтобы упасть духом. 

На скале, действительно, нашлось место под палатку на одной из плит. Плоская площадка 3х3 метра. Здесь мы и устроились. Кругом тучи комаров, в палатке - Понойский Коктейль, еда и сухие теплые спальники. Завтра - Бревенные пороги. Хотя, до них надо сначала добраться. 

Моральный упадок и чудесное избавление от него

Утро я посвятил переделке своей юбки. Дальше идти без юбок было опасно. Дело в том, что одну из наших двух юбок я потерял еще в самом начале похода. Когда мы расставались с нашими товарищами, одну юбку из тех, что я ему когда-то дал, мне вернул Миша. Но сложность была в том, что «тритоновская» юбка не подходит к нашим большим очкам. Поэтому, неправильную юбку надо было расширить - разрезать ее сзади и вшить в разрез вставку. 

Жутко жрали комары, временами шел дождь. Я бегал туда-сюда между палаткой и байдаркой, и примерял изделие. Настроение наше было довольно упадочным, идти вперед сегодня не охота. Наверно мы устали. Но и устраивать здесь дневку было неохота, уж очень неудобным и мрачным было это место. 

Юбка уже давно готова, мы сидим в палатке и бездельничаем. Заставить себя собираться в путь нету никаких сил. Похоже, этот день мы проведем тут, отдыхая. Я принес очередной котелок воды, и вскипятил на горелке. Снова пьем чай, благо, есть с чем. Нас одолевает неуверенность в себе: «Что там будет на Бревенных? Как будем их обносить по таким дебрям? Может лучше провести? Или вообще пройти - несколько минут - и мы на той стороне... Зато как будет круто! Ладно, нам бы сперва отсюда выйти...»

Вдруг наши размышления прервал звук мотора. Да, да! Это был мотор! Я выскочил из палатки, чтобы посмотреть, и увидел, как из-за поворота осторожно выруливает моторка. Она двигалась вниз. Человек, сидящий в моторке заметил нас и все так же осторожно пробираясь среди камней и валов, направил лодку к нам. 

Лодка была турбазовской, с мощным водометным мотором. Она была нагружена огромным холодильником, а вел ее парень лет двадцати пяти, гид-проводник. Мы поприветствовали друг-друга, парень соскочил на берег и после знакомства мы закурили. Подошла и Наташка. 

Оказалось, что буквально в нескольких километрах отсюда стоит база «Бревенный», там же находится и небезызвестный одноименный порог. Гид позвал нас в гости, и даже предложил отвезти нас с байдой на своем моторе. От подвоза мы отказались, а приглашение с радостью приняли. После недолгого разговора, гид ушел дальше. Мы же обещали быть через пару часов. 

Да, все-таки я вынужден признать тот позорный факт, что до этого момента мы пребывали в состоянии морального упадка. Столкнувшись со сложными и ранее не знакомыми препятствиями, мы проявили слабость, а появившийся человек нас вывел из этого состояния.
Хотя, с другой стороны, эту временную слабость можно списать на то, что мы оказались в совершенно новых для нас условиях, и что мы совсем не имели сплавного опыта, но в будущем таких настроений допускать нельзя. 

База «Бревенный» 

База «Бревенный» располагалась недалеко от места стоянки – добрались мы до нее довольно быстро. После вчерашнего дня, пороги нас уже не пугали, да и юбки как следует защищали от воды, мы шли как на танке.

Причалив, мы осмотрелись и отправились по дорожке в сторону домиков, стоявших на возвышении. Не успели мы пройти на базу, как на встречу нам вышел молодой мужчина. Даа, это не то, что база «Пача» - по ней мы кружили не менее пятнадцати минут, пока не встретили первого человека. Мы представились, на что он ответил, что уже наслышан о нас и пригласил нас в столовую. Это оказался начальник базы – Николай. В столовой нас уже ждал тот самый гид-проводник, которого, с которым мы общались утром – Степан. Оказалось, что сейчас на базе живут всего четыре человека – Николай, его жена, с сыном, которые приехали погостить, и Степан. На данный момент база пустовала, посетители ожидались не ранее, как дней через десять. А сейчас, работники сторожили хозяйство, занимались мелкими делами и строительством, жена Николая готовила им всем еду. Оказалось, что она когда то работала на этой базе поваром, и муж ее по старой памяти, уговорил заняться готовкой. Готовила она очень вкусно и разнообразно, даже в обычный день на столе стояло несколько блюд – вот уж раздолье для нас, голодных и отвыкших уже от домашней пищи. Пока мы ели, Николай и Степан расспрашивали нас о нашем путешествии, а также рассказывали о базе и о пороге Бревенном – грозе местных речников. 

- Ну вы потом сходите, посмотрите порог. Сверху хорошо видать, там у нас даже какое-то подобие тропы наверх протоптано. Хотя, с такой высоты ничего не понять будет, издалека то он совсем не страшный. И как вы на этой вашей байдарке туда собираетесь, ужас! - говорил Николай, а Степан добавлял: – Ходил у нас тут один, лодку утопил. Но ничего, вы то, с вашим боевым духом и настроением не пропадете. Там три ступени, все страшно очень выглядит. В прошлом году тут были какие-то москвичи, такие как вы, один искупался, еле выплыл. 

- Нам в Каневке мужик рассказывал, что проходил все это дело – отвечала Наташка.
- Ну да, он и был, - Николай со Степаном как-то саркастически усмехнулись при упоминании о Каневском экстремале.
- Вы, я погляжу, бодрые, - продолжал Николай, - Вот был у нас тут поляк, месяц назад, дык тот весь потерянный прибежал, а вы – не потерянные. Его вертолетом через горы перебрасывали, вроде.
- О! Поляк! А мы то о нем везде спрашиваем. Начальник базы «Пача» говорил нам, что он с «Рябоги» улететь домой собирался. Мы то его думали нагнать, пообщаться, а он, оказывается, месяц назад был.
- Ха, этот начальник, с «Пачи»? Борец с осами, хе-хе. Он вам расскажет и не такого, – засмеялись хозяева – Не, поляк на море идет, до Варзуги. 

Подумать только! Этот неуловимый поляк шел на целый месяц раньше нас! Ведь тогда тут был еще снег со льдом – действительно, он просто терминатор какой-то. Конечно, догнать его мы не могли ни при каких условиях, даже если бы неслись на подводных крыльях. Сейчас он уже давно сидит дома, попивает чай и пописывает статью о своем путешествии.
И все-таки он шел до Варзуги. Один, среди льда. Хотя, конечно, не известно, добрался ли он до своей цели. И все равно, пускай это соперничество и вызывало у нас раздражение, мы прониклись огромным уважением к польскому путешественнику. Во мужик! Как отжег! Молодец! 

Чуть позже Николай невзначай обмолвился, что мы могли бы тут и переночевать, чем совершенно не стеснили бы хозяев. Мол, если захотите остаться на пару дней, мы вам выделим домик. Отказаться от этого, не смотря на то, что мы за сегодня прошли всего лишь около десять километров – было совершенно невозможно. Наше новое пристанище оказалось четырехместным домиком с двумя двухъярусными шконками из «ИКЕА». Все было сделано весьма добротно. Судя по отсутствию внутренней отделки, это был домик для персонала, хотя, кто его знает? 

Переодевшись, мы отправились на осмотр Бревенного порога. К сожалению, аккумуляторы для фотоаппарата не успели еще зарядиться, поэтому, никаких фотографий мы в этот день не делали, а жаль... 

Мы стояли на самом краю скалы. Она, гигантским каменным монолитом, отвесной ста пятидесяти метровой стеной, уходила вниз. А там, далеко-далеко внизу, неистово клокотала и билась о каменные глыбы река. Противоположный берег был так же высок, но был он чуть более пологим. Как там проводиться - бог его знает, кругом скалы; обнос тоже крайне затруднен: даже налегке мы влезли сюда с трудом. Значит надо проходить. 

С высоты птичьего полета, Бревенный казался не таким уж страшным, как снизу. Но и отсюда было видно, что прохождение будет непростым и крайне рискованным делом. Отдельные валы и мелкие камни были отсюда незаметны, зато было отлично видно три ступени порога. На этих ступенях, пенные следы за лежащими в русле обломками скал, напоминали извивающиеся щупальца исполинских медуз, или хвосты сказочных комет. Да уж, круто. Как в каменном мешке. Если пройдем, то даже сможем этим гордиться. Никакого «заворота на 90 градусов», о котором говорили в Краснощелье и Каневке, в пороге не было, и слава Богу! Однако, маневрировать нам все равно придется достаточно шустро. Вообще, похоже, многие местные этого порога и в глаза не видели, а пугали нас в дань традиции, или из-за «сломанного телефона», в который обычно превращаются все слухи.

Мы еще немного побродили вдоль края пропасти, и пошли обратно к спуску. Капал дождь, комары вились над нами двумя большими тучами, находиться здесь становилось тяжело. На спуске мы без труда нашли тропу, о которой нам говорил Николай (сюда мы поднимались напролом), и скоро уже опять были на базе.

За ужином мы снова расспрашивали Николая и Степана о предстоящем пороге и о пограничниках – последней «Понойской Страшилке». Получалось так, что почти никто из жителей Понойских деревень никогда не бывал на море. Нас этот факт привел в неописуемое удивление – как так? Ведь до моря рукой подать! Причиной этому был все тот же Бревенный порог, который невозможно пройти на моторке, а обходить по суше – очень сложно. Бревенный в сознании аборигенов – это просто какая-то непреодолимая граница, отделяющая Поной от моря. Решающим рубежом он был и для нас. За ним мы вступим во вторую, главную фазу похода. Все что было раньше – это всего лишь этап нашей заброски. 

Николай рассказал, что был однажды на Святом Носу и в районе Трех Островов, зимой. Добирался он туда на снегоходе. Я сразу же спросил про пункт тропосферной связи, который там находится, и он ответил, что да, видал. И не только его, но и множество других артефактов. 

Про пограничников же, нам ничего интересного не сказали. Николай только посмеялся и сказал, что скорее всего ничего страшного там с нами не сделают. 

После ужина Наташка ушла мыться и спать, а мы со Степаном смотрели американское кино про японцев «Солдаты Иводзимы». Так себе фильмец, средней паршивости, хотя и снят масштабно. Перед сном я тоже помылся, под горячим душем. Ну, прямо как в ванной! Да и спать мы с Наташкой сегодня будем на пружинном матрасе. Хе-хе, на Бревенный пойдем мытыми.

Комментарии   

#1 Глава V, река Поной, 2008 год, июльинна 26.03.2013 09:12
да , такое чувство , будь то и прошла Поной со всеми трудностями..
Цитировать

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика