Путешествие от Приозерска до Архангельска на карте

Все про ладожско-беломорское путешествие:

Свернуть

Переход по Беломорканалу

Когда в Повенецкой губе мне, наконец, удалось связаться с работницей первого шлюза, в эфире тут же появился диспетчер движения, который начал задавать стандартные вопросы о маршруте, судовладельце и тому подобном. Работница шлюза при этом поторапливала меня, чтобы я подоспел к ним вместе с попутным буксиром — он, как было видно, уже подходил к самым воротам камеры. Но тут диспетчер движения задал самый главный вопрос: «А атлас-то у вас есть?»

Повенец
Повенец
Шлюз № 1
Шлюз № 1

Я читал ранее, что на Беломорканале нужен четвертый том атласа Единой Глубоководной Системы РФ, но его у нас, конечно, не было. Нет, я заранее скачал его в электронном виде, но чувствовал, что это может не прокатить. Поэтому во мне в тот момент боролось желание соврать, что атлас имеется и страх, что меня все-таки где-то проверят, и когда пятого тома при мне не обнаружится, то как-нибудь накажут. Да, я честно ответил, что атлас, мол, только в электронном виде, на что получил ответ вроде «увы, но мы вас не можем пропустить». На мой вопрос, что же нам делать, мне ответили, что это не проблема, и вы можете купить эту несчастную книжку хоть прямо сейчас, в Повенце, за 4300 рублей.

Мы с негодованием проводили взглядом буксир, скрывающийся в камере шлюза, и замедлили ход. Наташка, естественно, была недовольна, говорила, что я мог бы и соврать, и вообще. К счастью, деньги на покупку у нас были, и хоть потеря 5000 рублей сейчас казалась нам почти фатальной, но желание поскорее попасть в канал – все перевешивало. Я спросил у диспетчера, где мне подойти к городу, и он на словах объяснил мне, что, де, вот тут где вы, чуть левее, судовой ход, идите, не бойтесь, там причал. Ворота шлюза затворились за попутным буксиром, и тогда мы подумали, что возможно, в связи с очень малым судоходством на Беломоро-Балтийском канале, мы застрянем тут надолго.

Повенец
Повенец
Повенец
Повенец

Повенец
Повенец
Повенец
Повенец

Повенец
Повенец
Повенец
Повенец


Полчаса спустя я вылез из тузика на пляже в бухте повенецкого причала, заставленного ржавыми пароходами. Притулил байдарку рядом с парусной шхуной, сделанной из алюминиевой шлюпки, и направился по асфальтированной дорожке куда-то туда, где должен находиться сам город. Когда я проходил ворота порта, то от меня шарахнулась местная пугливая собака, что-то искавшая в кустах. Чуть попозже, когда уже стали видны дома, я услышал где-то справа от себя характерный звук, и спустя мгновение, с примыкающей грунтовки показался зеленый колясыч М67-36. На сердце как-то сразу потеплело. Мотоцикл унесся в недра Повенца, а я продолжил свой путь, думая о том, что первым делом мне надо отыскать сберкассу.

Сберкасса, к счастью, нашлась быстро. Я успел в нее уже, можно сказать, после закрытия, так как на табличке время работы значилось с девяти до часу. Я же очутился тут чуть ли не в полвторого. Но там меня приняли и без проблем выдали мне с карточки деньги, даже несмотря на то, что карточка принадлежала Наташке. Слава богу! Когда я покинул помещение, то оказалось, что и Управление канала находится прямо в следующем же доме. Я скорее поспешил туда.

На первом этаже дома обнаружилась вахтерша, которая направила меня на второй этаж, в диспетчерскую. И там, в диспетчерской, нашелся и сам диспетчер, с которым я недавно разговаривал по рации. Он оставил меня подождать в своем кабинете, а сам куда-то ушел. Вернулся он с громадной брошюрой формата А3. Признаться честно, я втайне надеялся, что Атлас почти за пять тыщ окажется большой книжкой с золотым тиснением и золотым же обрезом, но это была всего лишь большая брошюра, да. Впрочем, позднее, когда я получил возможность полистать его, то увидел, что все карты в нем содержат корректуру, сделанную вручную, множество вклеек в текст и прочие свидетельства кропотливой работы живого человека. Это, конечно, внушало уважение. Так же позже выяснилось, что реальное физическое наличие этого атласа на самом деле никого не интересует, и тут они просто впариваются судоводителям всеми возможными способами. Но работников канала можно понять: судоходство у них маленькое; денег, наверно, тоже не много. Вполне возможно, что продажа этих вот атласов как-то помогает им жить. Не знаю. С другой стороны, лишних денег у нас не было, и все-таки мы имели полное право соврать.

Когда я спросил диспетчера о том, как же нам теперь идти, если попутных судов нет, и не предвидится, то он очень удивился и спросил – что же мне мешает зайти в шлюз одному? О да, тут я узнал самое важное и приятное: на Беломорканале маломерок шлюзуют в городом одиночестве, прямо как больших. На этом мы попрощались, и довольный, аккуратно скрутив драгоценный атлас в рулон, я поспешил обратно в порт, к лодке и Наташке с собаками.

Ну что сказать про шлюзы Беломорканала? Они проходились очень легко, без всякого напряга. Прямо из порта я снова связался с диспетчерами, которые мне сказали, что камера готова, и чтобы я подходил. Это было так непривычно, заходить туда одному и цепляться за любой рым. Как выяснилось позже, до Выгозера во всех шлюзах швартовка идет правым бортом, а после – левым. Камеры тут не особо большие, с Волго-Балтом даже не сравнить. Все тут свежепокрашено и исправно. Много двухкамерных шлюзов.

Шлюз № 1
Шлюз № 1
Рым
Рым

Работница шлюза передает бумаги
Работница шлюза передает бумаги
Отталкиваемся от стенки
Отталкиваемся от стенки

Конец шлюзования
Конец шлюзования
Идем в следующий отсек
Идем в следующий отсек

Так, без всяких задержек, до темноты мы успели пройти всю 10-километровую Повенецкую Лестницу. Наташка беспрестанно снимала все на видео, несмотря на то, что в атласе явно говорилось, что никакой съемки на гидротехнических сооружениях вести нельзя, и в каждом шлюзе я замечал скучающих вооруженных часовых, праздно прохаживавшихся вдоль камер. Часовые эти никаких замечаний нам не делали, и мы подумали, что снимать, таки будем, пока никто не запрещает.

Выходим из первого шлюза
Выходим из первого шлюза
Петя
Петя

В шлюзе
В шлюзе
Шлюз Беломорканала
Шлюз Беломорканала

Петя
Петя
Наблюдатель
Наблюдатель

Покидая одну камеру, мы заходили в другую, быстро швартовались там, рапортовали, поднимались, прощались, покидали шлюз, рапортовали следующему, который, как правило, был виден от ворот предыдущего, и все повторялось заново.

Очередной шлюз
Очередной шлюз
Шлюзуемся
Шлюзуемся

Стенка
Стенка
Дверь шлюза
Дверь шлюза

Набирается вода
Набирается вода
Выходдим
Выходдим

И вот, мы оказались в седьмом шлюзе. Все привычные действия снова повторились, как и прежде, но после прощания в эфире снова появился диспетчер движения, который поинтересовался, где мы остановимся на ночь. Я ответил, что сделаю это где-то в Волозере и сообщу ему о конкретном месте.

Идем шлюзоваться
Идем шлюзоваться
Очередной шлюз
Очередной шлюз

В шлюзе
В шлюзе
Севка не выдержал, вылез
Севка не выдержал, вылез

Ворота шлюза остались позади нас, и мы вошли в водораздельный бьеф – самую высокую точку всей здешней гидросистемы. Наконец, узкий канал, перегороженный множеством шлюзов, кончился, и теперь мы шли по типичному карельскому озеру. Там и тут виднелись крохотные островочки, поросшие такими же крохотными деревцами. Так и хотелось остановиться на каждом из них. Каким же прекрасным местом оказался Беломорканал! Мы пребывали в настоящем восторге, оглядывая окрестности. Возле 1127 километра я ушел с судового хода, мы медленно подошли к какому-то острову, где Наташка и отдала якорь. Я тут же отрапортовал об этом по радио, а так же сообщил, что снимемся мы завтра в 7 часов утра. После этого мы занялись приготовлением ужина.

Лес
Лес
Канал
Канал

Беломорканал
Беломорканал
Беломорканал
Беломорканал


Честно говоря, мы тогда сильно устали, и окружающие красоты все-таки не соблазнили нас на прогулку. Да и видно было даже отсюда, что островок наш – суть просто топкая торфяная кочка, поросшая недоразвитыми сосенками. Степа сплавал дотуда самостоятельно, и самостоятельно же приплыл обратно. Из каюты я услышал, как он бил лапами по борту лодки, прося вытащить его из воды. Сева же воду не любит, поэтому ему пришлось довольствоваться просто понурым сидением на корме.

Как я и обещал диспетчеру, в 7 утра я отрапортовал по радио о своем выходе, и мы направились дальше на север через водораздельный бьеф. Теперь в утреннем свете озеро представало перед нами во всей своей красоте. Уже вовсю чувствовалась осень, и зеленые сосны перемежались с желтыми лиственными деревьями. Где-то вдалеке я заметил одинокую моторную лодку, но больше никаких признаков присутствия человека в этих местах не наблюдалось. Просто удивительно, насколько тут было пустынно. Вроде, посмотришь на карту, и кажется, что кругом жилье и на Беломорканале должно быть много народу, но на деле все выглядело совершенно диким и безлюдным. Ни больших пароходов, ни других лодок, ни дыма или каких-то построек.

Беломорканал
Беломорканал
Лес стал пореже
Лес стал пореже

Беломорканал
Беломорканал
Канал
Канал

Беломорканал
Беломорканал
Лес
Лес


Еще вчера, слушая редкие переговоры по радио, и потом, хорошенько изучив атлас, я понял, что к нам здесь выдвигаются все те же самые требования, как и к большим судам. То есть, везде, где этого требуют правила, мы должны связываться с диспетчерами, сообщать обо всех своих телодвижениях, не лезть без спросу на участки одностороннего движения, и так далее. Поначалу мне думалось, что это может оказаться сложным, но теперь я понимал, что на самом деле все это получается автоматически, так как диспетчер движения отслеживает все суда по их рапортам и просто не пустит нас или кого-то еще туда, куда идти в данный момент нельзя.

Возле отметки 1138 км, я запросил разрешение у восьмого шлюза на вход в водораздельный канал, как мне и приписывал атлас. Со шлюза мне тут же дали добро, сказали, что камера готова, а я в ответ сообщил, через какое время буду у них. Мы прошли еще пару поворотов и увидели сам канал. Это был один из искусственных участков пути, узкий проход длиной в пять километров, прорезанный прямо в скалах. К низким гранитным берегам вплотную подступал низкорослый лес, и опять я не мог заметить ни единого следа присутствия людей в этих местах. Что-то тут отдавало какой-то даже музейной атмосферой.

Канал
Канал
Искуственная часть Беломорканала
Искуственная часть Беломорканала

Искусственная часть Беломорканала
Искусственная часть Беломорканала
Искуственная часть Беломорканала
Искуственная часть Беломорканала

Канал
Канал
Буй
Буй

Мы с Наташкой размышляли о том, каких жертв стоила постройка канала, как это должно быть непросто давалось тем, кто работал тут на каторге. Без каких либо средств механизации люди взрывали скалы и возили камни на тачках. При этом я думал о том, что это, по всей видимости, были необходимые и оправданные жертвы, и, слава богу, что мы живем сейчас, когда все это уже построено нашими предками.

Искусственная часть Беломорканала
Искусственная часть Беломорканала
Искуственная часть Беломорканала
Искуственная часть Беломорканала

Скала
Скала
ББК
ББК

Конечно, данные мысли касались не только Канала, но и всего остального, всех плодов стремительной индустриализации страны, которая была проведена немыслимым порывом в 30-40е годы. Ведь плодами этого мы постоянно пользуемся в нашей повседневной жизни, и по сей день, а значит – жертвы не были напрасны. Канал резко расширился, и мы оказались на рейде перед восьмым шлюзом.

Лес
Лес
ББК
ББК

Все залито водой
Все залито водой
Канал
Канал

ББК
ББК

Отшлюзовавшись здесь, мы преодолели еще несколько километров по извилистому судовому ходу, и на Девятом шлюзе нам впервые пришлось остановиться, чтобы пропустить встречное судно. Со всеми удобствами мы расположились на якоре за пределами рейда в виду этого шлюза, ожидая, пока сухогруз, заходивший в тот момент в камеру с другой стороны отшлюзуется, и диспетчер пригласит нас. Хоть на небе и светило солнце, но погода была не очень: к этому времени сильно раздуло и стало как-то прохладно.

Канал
Канал
Наш тримаран
Наш тримаран

Впереди шлюз
Впереди шлюз
Стоим
Стоим

Минут через сорок мы дождались своей очереди и двинулись дальше. Сегодня планировалось пройти озеро Телекино и встать где-то на Выгозере, о чем я и предупредил диспетчера в шлюзе, уточнив, что на стоянке мы проведем два дня.

В Выгозеро из Телекино мы выбрались уже ближе к вечеру. Дуло все так же сильно, и здесь, на большом пространстве ветер разгонял очень неприятную короткую и высокую волну. Характерная картина для крупных озер: волны будто бы и нет толком, но идти очень неприятно. Я рассматривал на карты навигационные и топографические, пытаясь решить, куда же нам направиться. От возможных вариантов у меня просто разбегались глаза, так как любое место казалось необычайно привлекательным. Характер берегов здесь изменился по сравнению с тем, что мы видели утром. Скалы и камни уступили место желтым песчаным пляжам, все вокруг стало еще более приветливым, и каждый островок прямо таки манил к себе.

В конце концов, взвесив все, я решил отправиться к двум небольшим Бабьим островам, которые располагались в восьми километрах впереди, образовывая меж собой защищенный залив, в котором можно будет спокойно стоять при любой погоде. 

Байдарка
Байдарка
Тримаран
Тримаран


Да, Бабьи не обманули моих ожиданий. Так же как и раньше, тут было абсолютно пустынно. Песчаные пляжи, заваленные старинными серыми пнями, окаймляли широченный залив. На островах шумели сосны, и кроме их шума не слышалось кругом ни единого звука. Лодка стояла на якоре поближе к северному острову, а мы вылезали из тузика на песок, выползающий из-под нависающего чуть повыше мха.

На Выгозере
На Выгозере
На Выгозере
На Выгозере

Острова
Острова
Выгозеро
Выгозеро


Я смотрел на эти самые пни, торчащие из воды и в беспорядке валяющиеся на песке, и думал о том, что они, по всей видимости, так и лежали тут еще в тридцатых, когда заключенные каналоармейцы валили лес, который потом затапливала прозрачная, слегка коричневатая вода, поднимавшаяся тут при запуске гидротехнических сооружений.

Озеро
Озеро
На острове
На острове

Водохранилище
Водохранилище
Пеньки в воде
Пеньки в воде

Выгозеро
Выгозеро
Выгозеро
Выгозеро


Между сосен все покрывал мягкий мох, где-то росла брусника, и мне снова казалось, что тут не ступала нога человека.

На Выгозере
На Выгозере
Багульник
Багульник

Вереск
Вереск
Осень
Осень

Брусника
Брусника
В лесу
В лесу

Наташка пошла в одну сторону – фотографировать, а я направился в другую – охотиться. И буквально через минуту удача мне улыбнулась. Где-то слева захлопали крылья и, повернувшись в ту сторону, одновременно вскидывая ружье, я увидал тетерева, вспархивающего из кустов на ветку дерева рядом. Ситуации выгоднее просто нельзя было и придумать! Сева, как обычно все прошляпил, и беспорядочно скакал вокруг, вертя головой. Я же просто нажал на спуск, и глупая птица тот же час, неуклюже шевеля растопыренными черными крыльями, переворачиваясь через голову, свалилась куда-то в заросли багульника. Севка, пытаясь изобразить из себя опытную охотничью собаку, но на самом деле, так ничего и не поняв и не успев увидеть, поскакал куда-то примерно в том направлении, делая смешные высокие прыжки; так ничего и не нашел, и я, в итоге, прибежал к добыче и отвернул ей голову первым. Ну что же, на сегодня нам явно хватит.

Сева
Сева
Солнце пробивается
Солнце пробивается

Солнце пробивается сквозь деревья
Солнце пробивается сквозь деревья
Паутинка
Паутинка


Отрезав у убитого петуха лапу, я дал ее Севке, который тут же ее с аппетитным хрустом сожрал. Всем своим видом пес по-прежнему изображал, что те нелепые телодвижения, которые он только что и показывал – это так и было задумано. Я смеялся над ним, вспоминая, как он подпрыгивал над травами, в этих прыжках, явно, пытался разглядеть, куда же ему надо бежать. Вместе мы возвращались к байдарке, и этот день складывался просто прекрасно.

На Выгозере
На Выгозере
Сева
Сева

Прозрачная вода
Прозрачная вода
Вода
Вода


Чуть позже мы с Наташкой сплавали на соседний остров, побродили там. В восточной оконечности островов нашлась какая-то старая маленькая стояночка; однажды я слышал далекий лодочный мотор. Постоянно где-то меж деревьев хлопали крыльями невидимые в лучах заходящего солнца тетерева. Ветер совсем затих, и уже ночью, когда мы посмотрели фильм и поужинали в каюте, я наблюдал, как над черной кромкой леса горит зеленым тусклое северное сияние.

Пьем чай
Пьем чай
Вечереет
Вечереет

Северное сияние
Северное сияние
Полярное сияние в Карелии
Полярное сияние в Карелии


Следующий день прошел в праздности. Мы снова гуляли, и я снова пытался охотиться, но так ничего и не добыл. Потом, когда мы вернулись на лодку, я залез в тузик, и лежа в нем, передвигался вокруг тримарана, счищая щеткой с корпуса зеленую тину, наросшую там за истекшее время. Наташка мыла все внутри и стирала одежду. На завтра нам предстояло двинуться дальше.

Камень
Камень
Выгозеро
Выгозеро

Триангопункт
Триангопункт
Красота
Красота

В лесу
В лесу
Гриб
Гриб
Карельская природа
Карельская природа

Стояночка
Стояночка
Костер
Костер

Сева отдыхает
Сева отдыхает
Степа
Степа


Однако следующим утром опять раздуло, и на этот раз прямо в лицо. Мы шли в сторону Сегежи, пробивая отвратительную озерную волну. Наташка еще спала в каюте, а я сидел в кокпите весь мокрый и очень злой. Снова возникала такая ситуация, когда волн как будто бы и не видно, но хлещет так, что брызги даже перелетают через рубку. В процессе практически все мои недокранцы, повешенные на поплавках – пообрывало. Я прямо-таки бесился, видя, как очередная опустевшая веревочка начинает болтаться там впереди, лишившись своей бутылки. Но постепенно мы приблизились к очередной группе островов, спрятались за ними, и дальше шли уже в полном спокойствии. Ближе к шлюзу я вышел на связь, сообщил о своем приближении. Диспетчер ответил, что все в порядке, и что швартоваться нам теперь нужно правым бортом.

Рыбак
Рыбак
ББК
ББК

Канал
Канал
Островок
Островок


Заранее я готовил левый, и пока Наташка рулила, мне пришлось быстро все менять – перекладывать доски, уложенные на балки с левого борта на правый, перевязывать туда оставшиеся кранцы, перекладывать тузик. Но к тому моменту, когда мы дошли до Надвоиц, все было готово. Тут же нам попался навстречу чей-то швертбот, легендарный Палтус – иол, всем своим видом внушающий чувство собственной непоколебимости и неубиваемости. В Палтусе сидели двое, один из которых держался за румпель, а другой снимал на фотоаппарат. Наташка ответила взаимностью, щелкнув их; мы помахали друг другу руками, и разошлись вовеки.

Мы
Мы
Лодка Палтус
Лодка Палтус

Шлюз
Шлюз
Моторка
Моторка

Десятый и одиннадцатый шлюзы мы прошли штатно. Однако после одиннадцатого я подумал, что, пожалуй, самое время искать место для очередной стоянки, так как дальше мы до темноты уже не успеем. Кроме того, на Беломорканале, после десятого шлюза движение в темное время суток запрещено, и перспектива стоять где-то на рейде нас не прельщала. Мы вышли из камеры, преодолели узкий извилистый судовой ход, разминулись с какой-то большой стальной яхтой, и оказались в реке Онде.

Осень
Осень
Знаки
Знаки

Сложный судвой ход
Сложный судвой ход
Бакены
Бакены

Ками, коряги
Ками, коряги
Осень
Осень

Я сбавил ход, теперь мы разглядывали берега и искали место для себя. Хорошее местечко обнаружилось, не доходя пары километров до деревни Кочкома, в которой находится одноименная железнодорожная станция. Да-да, любой, кто ездил поездом в сторону Мурманска, проезжал это место и видел из окошка Парандовский Плес. Сама деревня скрывалась где-то за поворотом берега, над лесом торчала вышка базовой станции сотовой связи. Я свернул с судового хода и очень аккуратно направил лодку к берегу, утопающему в желтой листве. Атлас сообщал мне, что на дне тут лежат большие валуны, поэтому я был особенно осторожен. В итоге терпение мое кончилось, и мы отдали якорь.

Кстати, еще на Онежском озере выяснилось, что наше печка забилась и совсем не хочет гореть. Тут я тоже хотел ее затопить, так как вечера уже были холодными, но на этот раз у меня сложилось такое впечатление, что труба стала уже совсем непроходимой. И тут я вдруг понял, что данная стоянка – это, возможно, последнее место, где я могу с комфортом обслужить печку. Послезавтра мы уже будем на море, и там хотелось бы иметь оборудование абсолютно исправным. Все пришлось разобрать. Я снял трубу, достал саму печку, положил все это в байдарку, и вместе с Севой мы отправились на берег.

Признаться честно, я с трудом представлял себе процесс прочистки. Все внутренности печки и дымовая труба были напрочь забиты дегтем. Тут, по-хорошему, надо бы паяльной лампой и толстым стальным тросом, но у меня их не было. Оказавшись на берегу, я набрал сухих веток, сложил костер, запалил его, и начал жечь печку и ее дымоход. Главное тут было – не прожечь алюминиевую дымовую трубу.

Когда металл нагрелся, деготь страшно завонял, все вокруг заволокло удушливым белым дымом, но способ сработал. Вязкий деготь обратился в хрупкий кокс, который я без труда выковырял ножом из камеры сгорания и вытряс из трубы, насыпав туда мелких камешков. Ну что же – я сделал большое дело!

Взрыв красок
Взрыв красок
Вечер
Вечер

Туман
Туман
Восход
Восход

ББК
ББК
Утро
Утро

Утром мы отправились дальше и по пути зашли в деревню Идель, где я купил сигарет и чего-то еще. Но пока мы возле нее стояли, нас обогнал большой сухогруз. Он ушел куда-то вперед, а диспетчер следующего шлюза сказал мне, что камера занята, и мне придется ждать.

Беломорканал
Беломорканал
Лес
Лес

Радуга в воде
Радуга в воде

Так что весь день мы были вынуждены тащиться за этим пароходом, который хоть и может идти очень быстро, однако, шлюзуется несравнимо дольше маломерки. В канале между шлюзами 14 и 15 нам даже пришлось ждать у стенки.

Тримаран
Тримаран
Кокпит тримарана
Кокпит тримарана

Уже смеркалось, когда мы вышли в Нижний Выг за поселком Сосновец. Тут уже чувствовалась близость Беломорска. Вдоль реки проходила автодорога, и за деревьями регулярно мелькали фары. На реке стояло множество сетей, и встречались лодки местных. Завтра у нас будет очень важный день. Лично я его ждал и боялся, так как знал, что перед самым последним, девятнадцатым шлюзом, нас будет проверять ГИМС, который имеет полное право не пустить нас дальше, найдя какие-либо недочеты в обеспечении лодки.

ББК
ББК
Закат
Закат

Закат
Закат
Вечер
Вечер


С утра пораньше мы возобновили движение. Шлюз 16, Шлюз 17, 18. По берегам появилось множество частных домов, лодок, стоящих возле них, стало еще больше.

Беломорканал
Беломорканал
Осень
Осень

Канал
Канал
Скалы
Скалы

Ворота шлюза прямо на скале
Ворота шлюза прямо на скале
Камера наполняется
Камера наполняется

Шлюз открыт
Шлюз открыт
Севка
Севка

Скалы
Скалы
Скалы
Скалы

Впереди показался разводной железнодорожный мост очень интересной конструкции, по которому в тот момент проходил поезд. Надеясь, что все решится само, я вызвал Шлюз 19.

Мост
Мост
Карелия
Карелия

Деревня
Деревня
Деревня
Деревня

Мост
Мост
Мост
Мост

Диспетчер мне ответил, что сперва я должен получить добро Капитана порта, и только потом они нас пропустят. Да, все было как по писаному. Я уточнил, как мне найти этого их капитана, получил все инструкции, и исполненные смятения мы пошли в сторону бетонного причала, располагавшегося почти напротив шлюза.

Готовимся к встрече с инспектором ГИМС
Готовимся к встрече с инспектором ГИМС
Стоим на якоре
Стоим на якоре

Встали у стенки
Встали у стенки
Заполняем документы
Заполняем документы

Капитан порта сидел в небольшом домике, прятавшемся за деревьями и другими заброшенными домами. Тут вообще все было совершенно неживым, и без пояснений диспетчера я ни за что не догадался бы о том, что такая важная служба находится тут. Капитан записал мои данные, позвонил инспектору ГИМС, и сказал идти на лодку ждать. Инспектор, мол, приедет на машине. Лодки у него нет. Потом я должен буду вернуться сюда с резолюцией инспектора, и если все будет хорошо, то капитан даст нам добро на выход. Вот блин, как же все это нервно!

Ждать пришлось долго. Где-то через час из кустов появилась баклажановая «Нива», выкатилась на пирс, и из нее вылез очень прилично одетый мужчина с портфелем. Я приветственно замахал руками, а инспектор посмотрел на нас вопросительно: «А как же я попаду к вам?» «Так на тузике!», - ответил я, с гордостью показав на байдарку. Хотя, конечно, инспекторские брюки со стрелками и портфель как-то не вязались со способом доставки его на проверяемую лодку. Я подгреб к берегу, а инспектор неловко влез в тузик. Отойдя, мы едва не кильнулись, однако, у нас все получилось. Момент истины настал.

Местная собачка купается
Местная собачка купается
Инспектор
Инспектор


- Ну что, может, назад повернете? – сказал инспектор. – Ну, посудите сами! Спасжилеты – просрочены. Точнее, я даже никаких бирок на них не вижу. Ни даты изготовления, ни типа. Нужен специальный именно «спасательный жилет», а не «рабочий» или «страховочный»! Пиротехника – просрочена. Вот вы говорите, что купили их в Медвежьегорске. Как вы могли их купить, не посмотрев на срок годности? Они истекли еще в прошлом году. Прав на управление у вас нет. Шестнадцатого канала – нет. Как вы вообще собираетесь идти без связи? Ну и что с вами делать? Не-е-е. Идите-ка вы обратно домой.

Я в ответ мог только дрожащим голосом промычать что-то типа того, что у нас нет денег на топливо, да и вообще...
- Ну как так? Вот вечно! Придут, а них не соответствует вообще ничего. Как вы все проходите техосмотры?

Да, все это было очень печально. Я даже не знал, что делать, но все равно чувствовал, что в конце концов нас выпустят, просто это такая обязательная процедура компостирования мозга. Да и инспектор, явно, настроен дружелюбно. Беседа наша входила в свою финальную фазу.

- Ладно.

Вердикт был объявлен.

- Вы ребята, я вижу, хорошие. Ладно. На самом деле, я вам верю! Я верю, что после того, как я уеду, вы купите себе новые спасжилеты, фальшфееры и радиостанцию. Да?
- Да, конечно!
- Поэтому я выпишу сейчас вам протокол. Но вы пойдете, и где-то здесь найдете все необходимое, да?
- Да, да!
- Ведь вы же не далеко идете, верно? Доберетесь без происшествий.
- Конечно, только до Кеми! 60 километров.
- Ну, вот и отлично.

После того, как все бланки были заполнены, инспектор был доставлен на берег и уехал, я еще немного подождал на лодке, после чего не выдержал и побежал в Службу Капитана порта. Подходя к его домику, я опять увидел инспекторскую Ниву, а потом столкнулся и с ним самим. Тот не меня посмотрел с явным неудовольствием, так как я прибежал слишком быстро. Этого времени было явно недостаточно для устранения недочетов, и я мог хотя бы подождать, пока инспектор оттуда уедет. Капитан что-то где-то отметил, связался со шлюзом, я распрощался со всеми, и был таков.

Теперь Беломорканал позади. Сейчас мы выйдем в Белое море, туда, куда так стремились. Мы скучали по морю, так как уже целых два года на нем не были. Ведь именно для него я строил нашу лодку, которая пока еще не видела морской воды.

В камере девятнадцатого шлюза сильно дуло. Мы никак не могли ошвартоваться. Наверно, тут мы собрали все удары и повреждения со всего каналу, потому что я раза три бился о стенку. Нас сдувало ветром, Наташка не могла ухватиться за рым, все повторялось, нас опять относило. Но после всех неудачных попыток мы ошвартовались. Закрылись за кормой ворота, и камера опорожнилась. Ворота перед нами распахнулись. Я включил ход. Мы вышли из бетонной коробки навстречу вожделенной свободе.

Последний шлюз Беломорканала
Последний шлюз Беломорканала
Кораблик
Кораблик


Я попробовал воду из-за борта – стандартный для меня обряд. Вода была пресная. Я поддал газу, и мимо старых полуразрушенных причалов, каменных волнорезов и заброшенных зданий некогда оживленного порта мы отправились вперед, рассекая коричневую пенистую воду Сорокской губы.

Комментарии   

#1 RE: Переход по БеломорканалуАлексей 11.03.2016 21:23
Очень интересно. Жду продолжения)
Цитировать

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика