Новоземельский поход на карте

Все про это путешествие:

Свернуть

Остров Кусова Земля (архипелага Новая Земля)

Когда прекратился ветер, море успокоилось, а мы зашли под защиту здешних островов, я почувствовал, будто мы проникаем под завесу какой-то старой тайны. Блестели в заходящем солнце влажные утесы — желтые, зеленые, белые, серо-голубые. Летали мимо нас стайки здешних птиц. Я снова вспоминал любимую мной вселенную «Чужого», в голову мне почему-то лезла одна и та же песня: мол, «новая алхимия, новая природа, новая наша земля».

Скала
Скала
Облака над морем
Облака над морем

Новая Земля
Новая Земля
Кусов Нос
Кусов Нос


Тут все было новым и не таким как раньше, я снова переживал то же самое, что пережил, например, после пересечения Хайпудырской губы несколько лет назад. Я понимал, что перешел некую невидимую границу, разделяющую два разных мира. Такая граница была там, и точно такая же — лежала у нас где-то за кормой, в Карских Воротах, наверно, в том месте, от которого становится видимым маяк на Кусовой Земле.

И вот теперь мы находимся на краю неизведанного, и даже испытываем нечто похожее на страх. Но не страх вовсе, а может, какую-то неясную тревогу. Нам никто не поможет и никто сюда не придет. В случае чего — мы не можем ни на что рассчитывать. Но именно это и прекрасно! И постепенно от этой тревоги, от чувства недосягаемости нашего родного мира и одновременно таинственности и необычайности окружающего — возникает настоящая эйфория и блаженство.

Скалы Новой Земли
Скалы Новой Земли
Скалы Новой Земли
Скалы Новой Земли

Скалы Новой Земли
Скалы Новой Земли
Южная оконечность Новой Земли
Южная оконечность Новой Земли

Еще при входе в шхеры я приметил эту бухту на карте — место прямо как у Христа за пазухой, узкая километровая кишка, зажатая между высоких скал, закрытая от любых неприятностей, ветров и течений. На другом берегу имелся заливчик поменьше, явно еще более безопасный. Но мы отлично чувствовали себя и здесь.

Едва встав на якорь, мы тут же побежали на разведку, поднявшись на самую высокую гору. Стоя на вершине и глядя во все стороны в бинокль, я видел только бесконечные сопки, где-то блестели соседние заливы, но все было совершенно пустынным. Никаких признаков присутствия человека.

Да, внизу у воды лежал морской мусор — принесенный течением пластик с норвежскими и исландскими надписями, но этот мусор являлся стандартным фоном, присутствующим во многих местах на побережье, наряду с плавником и другими вещами, потерянными моряками. У моря стояли деревянные маяки. Вдалеке виднелся одинокий тригопункт. На других высотах можно было увидеть и каменные гурии. Но все это выглядело таким позаброшенным, что теперь даже и следов-то никаких не осталось от тех, кто все это делал.

Новая Земля
Новая Земля

Бухта Уюта
Бухта Уюта
Бухта Уюта
Бухта Уюта

Я знал, что места эти достаточно посещаемые: каждый год на юге Новой Земли бывает по нескольку человек, и даже рядом с нашей стоянкой имеется старое кострище. Но все это выглядело настолько затертым природой и временем, что едва различалось среди холодной каменной крошки, всюду торчавшей из-под тонкого слоя земли.

Поначалу Наташка еще говорила, что она, мол, устала; что переход, мол, был очень тяжелым, и никаких разведок-посиделок она не желает. Но там, на вершине горы, всю усталость с нее как рукой сняло — я прекрасно видел, как увлеченно она вглядывается в бесконечные сумеречные пустоши, фотографирует что-то, разглядывает камешки и отдельные травинки. Да оба мы чувствовали необычайный прилив сил. Да ведь мы добились того, чего хотели так давно!

На карте это место подписано не было, поэтому для себя мы его назвали Бухтой Уюта: впервые за много дней мы чувствовали себя абсолютно расслабленно и спокойно, расположившись у костра на гальке, слушая бульканье стерильного ручейка в абсолютной космической тишине. Мы грелись у огня, ели жареного зайца, добытого еще на Песякове, и в честь достижения долгожданной Новой Земли запивали его краснодарским вином, привезенным из самого Петербурга.

Новая Земля
Новая Земля

Костер
Костер
Гаражное вино
Гаражное вино
Усталый Сева
Усталый Сева

Вино
Вино
Еда
Еда

Бухта Уюта
Бухта Уюта


Вино это было не простое, а обладало особым символизмом. Несколько месяцев назад, еще весной, его подарил наш друг Антон на дегустации гаражных вин. Вручая бутылку, Антон наказал открыть ее в путешествии, где-нибудь в Арктике, а мы решили, что выпьем вино только на Новой Земле. И вот, наконец, его час настал: пустая бутылка валялась рядом с нами в мелких камешках, а мы довольные и слегка пьяные полулежа грелись у костра.

На дальней горе, на фоне светлого неба показался силуэт дикого оленя, медленно проплыл в сторону и скрылся за гребнем. Мне сложно это описать, но все происходящее казалось чем-то принципиально иным, нежели испытанное нами прежде. Ты лежишь на гальке в сумерках огромного распадка у склона небольшой каменной горы, целиком состоящей из крошечных каменных пластинок, без какой-либо растительности. Солнца не видно за горами и все пространство залито сюрреалистическим ночным освещением. Полнейшая тишина. Вода и серые скалы отливают холодным свинцовым оттенком. Враждебность, мертвенность и безразличие. И ты среди этого. И лодка, неподвижно стоящая в прозрачной воде в тридцати метрах от тебя, как единственный объект, связывающий нас с далекой цивилизацией. Просто прекрасное ощущение!

Новая Земля
Новая Земля

Скалы Новой Земли
Скалы Новой Земли
Баренцево море
Баренцево море


Утром мы отправились на рекогносцировку. Все кругом так и манило нас. Понятно, конечно, что ничего кроме каменного крошева и скудной растительности мы здесь не увидим, но это и не важно. Просто хотелось ходить и ходить, наслаждаясь пустотой и заброшенностью.

И вот мы стоим на гребне очередной сопки, откуда я, по своему обыкновению оглядываю в бинокль окрестности, мысленно выбирая путь, по которому мы сейчас пойдем, а заодно смотрю, нет ли где-то поблизости медведей или просто чего-то интересного. Отсюда можно разглядеть избушку на другом берегу большого залива. Изба явно очень старая. Пустые окна, вся черная. Вокруг нее нет никаких крупных предметов, которые можно было бы разглядеть. Следов техники или бочек из-под топлива тоже не видно. Мда. Пустота.

Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля

Новоземельская тундра
Новоземельская тундра
На выходе
На выходе

Новоземельский Пейзаж
Новоземельский Пейзаж
Кусова Земля
Кусова Земля


Мы идем дальше, но вдруг замечаем, что далеко впереди бежит по траве лебедь, а за ним азартно мчится Сева. Я подношу к глазам бинокль, чтобы получше их рассмотреть. Да, это именно лебедь. Явно не линной. Растопырив крылья, он подскакивает в траве. Поодаль я вижу еще одного лебедя. Ага! Видимо, это пара с птенцами. Понятное дело, что остановить собаку на полукилометровом расстоянии я не могу, поэтому нам ничего не остается, как наблюдать за происходящим.

Конечно, равнодушно смотреть на это нам не удается, нас обоих накрывает волной азарта и предвкушения крупной добычи. Пока расстояние между Севой и лебедем стремительно сокращается, мы с Наташкой радостно прикрикиваем в пространство, — «давай, давай, дави его!» Я лично всегда мечтал добыть лебедя, но еще ни разу мне это не удавалось.

Становится ясно, что лебедь так и не успеет достигнуть озера, к которому уже почти добежала вся его семья. Спустя секунду, Сева, как черное ядро догоняет птицу, но даже невооруженным глазом я вижу, что птица будет даже покрупнее собаки! Неожиданно лебедь резко останавливается, разворачивается к преследователю, растопыривает крылья, делает головой на длинной шее движение, будто забивая молотком гвоздь в доску, и с размаху бьет клювом в голову собаки, летящей на него в прыжке… И тут происходит неожиданное. Ровно с той же скоростью, с которой Сева только что настигал птицу, пес не прерывая движения разворачивается на месте, и с равнодушным видом, будто не очень-то и хотелось никого убивать — бежит прочь. А лебедь продолжает улепетывать к спасительной воде.

Гуси
Гуси
Новая Земля
Новая Земля

Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля

В общем, никакого лебедя мы не получили. Когда Сева вернулся к нам, мы еще не успели успокоиться и продолжали смеяться над ним и этой комичной ситуацией. Как так: большая злая собака, неоднократно гонявшая белого медведя, испугалась какую-то птицу. Даже не верилось, что такое возможно. Конечно, пес, прекрасно все понял и крайне устыдился своего позорного провала, произошедшего прямо на глазах у хозяев. Заранее скажу, что с этого самого момента у него возник какой-то пунктик касательно гусей и лебедей: гонять он их стал с особенным остервенением, но все так же безуспешно. От этого он только все больше злился, пока однажды наконец не задушил пару крупных гусей и не успокоился.

Тем временем мы просто продолжили свой путь на соседнюю горку, преодолевая очередной болотистый распадок. За распадком последовал утомительный подъем, но радовало то, что под ногами вновь стало твердо, и так мы постепенно вышли на гребень горы, отделявшей «внутреннюю» часть острова от морского залива, за которым виднелся полуостров Пиритовый. Казалось, вот он, рукой подать, такой же каменный и голый, как то — что прямо сейчас находилось под нами. Каменные крошки, каменные чешуйки, и впереди гурий, сложенный из каменных плит, покрытых оранжевым лишайником. Сверху светит солнце, и куда ни посмотри — либо море, либо бежевый камень.

Гурий
Гурий
Гурий
Гурий

Наташа
Наташа
Острые скалы
Острые скалы

Я подумал тогда, что все это сильно смахивает на хакасскую степь. Там такие же горы, и в ландшафтах преобладают точно такие же цвета. Только в степи можно где-нибудь увидеть кукурузное поле, дорогу, либо телеграфный столб. На худой конец — орла ползущего над землей где-то далеко внизу. Здесь же не было вообще ничего.

При всем при этом, мы с Наташкой оба испытывали дежавю, будто все это с нами уже происходило. Мы шли по вершине сопки, по хрустящим острым камням, и все казалось нам каким-то близким и привычным. Помнится, в прошлый раз мы испытывали подобное на Югорском полуострове, близ устья Коротаихи. И сейчас, и тогда было явственное ощущение известности каждого закоулка в окрестностях. Мы двинулись по гребню горы на север, вдоль пролива.

Камни и цветы
Камни и цветы
Гребень горы
Гребень горы

Камни и цветы
Камни и цветы
Скала
Скала

В общем-то, идти было довольно легко. Почти как по асфальту. Правда, чувствовалась пока еще непривычность к условиям. Такое бывает всякий раз, когда ты в течение нескольких дней резко оказываешься сильно севернее, чем был недавно: из Нарьян-Мара-то мы ушли всего дней пять назад. Поэтому иногда приходилось останавливаться, чтобы отдыхать. Так мы садимся на травяные кочки в распадке возле очередного ручейка, бьющего прямо из земли. Здесь можно зачерпнуть кружкой воды, попить, и опять почувствовать, какая эта вода стерильная. Мне думается, что где-то тут, под нашими ногами тает какой-то подземный кусок льда. Вода совершенно прозрачна и безвкусна.

Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля

Ручей
Ручей
Ручей
Ручей

Я докуриваю газетную самокрутку, тушу окурок, бросаю кружку в рюкзак, мы поднимаемся и идем дальше. Переставляем ноги по твердому грунту, не замечая, как двигаемся. Доходим до примеченного заранее ориентира и видим, что это всего лишь очередной большой камень. Однажды только встретилась деревянная палка. Интересно, кто и когда ее бросил здесь? Порой попадаются под ногами оленьи черепа, или рога — этого дела кругом лежит в изобилии. Да и самих оленей изредка можно заметить вдалеке.

Они ходят совершенно расслабленно поодаль и явно интересуются нами. Однажды пару этих животных погнал Сева, но, глядя в бинокль на происходящее, я прекрасно видел, что у него нет ни малейшего шанса их настигнуть. Судя по всему, эти дикие олени — не настоящие аборигенные Новоземельские Северные Олени, а одичавшие домашние, которые были оставлены здесь в 50е годы. Располагая огромными пастбищами, и почти не имея естественных врагов, эти олени чрезвычайно расплодились. Да, их тут реально много, и они здоровенные как кони, только с огромными рогами.

Петя
Петя
Рога оленя
Рога оленя

Новая Земля
Новая Земля
Новозмельский олень на Южном острове
Новозмельский олень на Южном острове

Я вижу в бинокль, как пара этих животных, покачивая упитанными боками и гордо неся свои рогатые головы, будто бы летит над скудной тундрой, лишь слегка перебирая ногами. Можно подумать, что они еле движутся. Но вот я перевожу взгляд на преследующего их Севу и сразу вижу, как он пыжится, пытаясь догнать оленей, скача по кочкам на пределе своих физических возможностей. А собака, кстати, спокойно может поддерживать скорость около 50км/ч. Я перевожу взгляд обратно на парящих оленей, вижу как стремительно увеличивается расстояние между ними и собакой, и в очередной раз поражаюсь легкости их бега. Олени скрываются за неровностью рельефа. Сева отстает. Я убираю бинокль в чехол и прикидываю наш путь до бухты Уюта, где осталась наша лодка.

Кусова Земля
Кусова Земля
На привале
На привале

Скалы
Скалы
Петя и Сева
Петя и Сева


По пути я размышлял, что кабы зайти в залив, ответвляющийся от «нашей» бухты и разливающегося в целое озеро, то лодку можно оставлять там без всякой опаски хоть на всю зиму. Никуда не денется. Воображение даже рисовало зимовку на Новой Земле, в какой-нибудь из здешних изб, ни одной из которых мы, впрочем, вблизи пока не видели.

Так мы неспешно и добрались до вышеупомянутого озера, спустившись к нему по гребню очередной горы, идя по нему, как по широкой асфальтированной дороге. Не имея с собой ничего съестного, мы устроили еще один привал, подкрепившись водой из ручейка, и затем, обошли озеро с севера, опять попали в распадок, где Сева безуспешно гонял лебедя, и в лучах закатывающегося солнца пришли к своей лодке и кострищу на берегу. На байдарке я сплавал на тримаран за припасами; мы снова развели костер, и снова расселись перед ним на обрезках бревен.

Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля
Новая Земля

Костер
Костер

Ручей
Ручей
Бухта Уюта
Бухта Уюта

Забылись белые медведи и другие опасности. Мы, конечно, постоянно были начеку: заряженное оружие постоянно находилось под боком, собаки так же постоянно оглядывали окрестности, иногда отходя от нас и нарезая круги по периметру. Но мы чувствовали себя здесь в полной безопасности. Снова опускались сумерки, снова солнце спряталось за горами, и этот маленький заброшенный мирок опять стал совершенно плоским и обесцвеченным. Сделалось прохладно. Мы принялись собирать наши пожитки, чтобы отправиться на лодку, домой. Там можно будет завести генератор, включить компьютер. Может, даже посмотреть какой-нибудь фильм или послушать радио. Расслабиться еще больше, спрятавшись от внешнего холодного мира в нашей маленькой капсуле жизни. Как моллюски, например.

Птичка
Птичка


Проснувшись утром, мы снова отправились на выход. Нам очень хотелось обследовать берег, вдоль которого мы подходили сюда с моря, и теперь мы отправились на юго-восток, куда-то в сторону Кусова Носа. Понятно, что дотуда идти слишком далеко, но хотелось увидеть все не в бинокль, а своими собственными глазами, потоптать все эти гигантские разноцветные скалы собственными ботинками.

Отойдя от места стоянки, мы долго поднимались по склону. Наверху нас ожидала твердая поверхность, такая же, что мы видели вчера весь день. Она была усыпана каменной крошкой, с пробивающейся кое-где из засохшей земли травой. Здесь уже не было ощущения, как бывает в тундре где-нибудь на материке, когда тебе кажется, что вся земля плоская и однообразная до горизонта, и далеко за ним. Здесь мы видели каменные возвышенности переходящие одна в другую, распадки и реки в них, сияющее на солнце море.

Залив
Залив

Скалы
Скалы
Долина
Долина


По пути нам постоянно попадались старые оленьи черепа, изгрызенные песцами, или обломки позеленевших рогов, вросшие в землю, и поначалу мы радовались каждой такой находке. Но позже окончательно поняли, что здесь вся земля усыпана этими останками. Так же мы сначала интересовались и каменными гуриями, но потом тоже привыкли к ним, да и не было в них абсолютно ничего интересного — просто стопка плоских камней без каких-либо опознавательных знаков. Так мы добрались до соседнего большого залива. Немного посидели на скале над ним, а затем спустились в болотистую долину, образованную двумя сливающимися ручьями.

Впереди высилась сплошной стеной следующая скала, слоистая и очень крутая. По пляжу мы направились к ней, но вскоре остановились в долине возле разлива ручьев, которые здесь упирались в галечный пляж, и соединялись с морем узкой глубокой протокой. Шел прилив, и вода из моря заливалась в этот самый разлив. Я попробовал перейти через протоку, но она оказалась уже слишком глубокой для ботинок, а обходить озеро тоже совсем не хотелось. Далеко. Видимо, нам таки придется замочить ноги. Нас нисколько не пугало, так как полученный на тот момент опыт говорил, что по такой погоде, при хождении по сухим камням, обувь сохнет просто моментально. Найдя здесь же поблизости чистую пресную лужицу в гальке, мы расположились на привал. Наташка достала из рюкзака кружки и жареный соленый арахис, а я свои табачные принадлежности.

Новая Земля
Новая Земля
Полярный мак
Полярный мак

Поплавок
Поплавок
Вода
Вода


Собственно, не успел я свернуть себе сигарету, как услышал сперва Степин лай, а затем и азартный визг Севы. Этот визг ни с чем не спутаешь — орет он так, только когда гонит какую-то добычу. Я вскочил, захлопывая свое ружье, подумавши, грешным делом, про невероятного новоземельского зайца. Но все выглядело гораздо интереснее. Собаки вдвоем гнали на нас целого оленя!

Первым его атаковал Степа. Он зашел со стороны берега. И так как путь оленю преграждал крутой скалистый склон, то ему не оставалось ничего, кроме как бежать к морю. Но тут в дело включился Сева, который отсек оленя от спасительного залива, направив его прямо на нас. По правде говоря, у собак не часто получается действовать столь слаженно, и я даже думаю, что данное событие было простой случайностью. Но, тем не менее, олень, раздувая ноздри и мотая головой, скачками бежал прямо к нам. Я теребил пальцами шейку приклада ружья, висящего на погоне у меня за плечом, а Наташка, трясущимися руками пыталась воткнуть в фотоаппарат соответствующий ситуации объектив, который никак не желал попадать в байонет. Нет, вы не подумайте, что я хотел убить это животное. Хотя, данные исследований и говорят, что численность диких оленей на юге Новой Земли неплохо бы и проредить, но я просто не мог представить, что можно делать с такой кучей мяса, и главное — как дотащить все это до лодки. Мне было бы откровенно жалко убивать такого большого зверя ради пары ног.

Новоземельский олень
Новоземельский олень

Погоня
Погоня
Северный олень Новой Земли
Северный олень Новой Земли


Но я все-таки скинул ружье с плеча. Морда гонимого оленя выражала такое безумие ужаса, и он настолько точно и быстро бежал прямо на нас, что я начал опасаться за нашу безопасность. Эта туша, размером с лошадь, могла бы нас снести так, что потом костей не соберешь. Но, — думал я, — снаряд дроби метров с пятнадцати остановит его, в случае чего. В этот самый момент у Наташки все-таки получилось защелкнуть объектив в фотоаппарат. Олень уже влетел в ручей, подняв фонтаны брызг, и будучи метрах в двадцати от меня — будто бы заметил нас наконец; выпучил глаза еще больше метнулся в сторону моря, и затем, одним большим прыжком — плюхнулся в воду.

Собаки отстали. Олень, раскачивая огромными рогами, плыл к другому берегу залива, расталкивая грудью волнующуюся воду. Наташка продолжала фотографировать. Я закуривал снова, радуясь полученным кадрам.

Плывущий олень
Плывущий олень


После этого события мы двинулись вперед. Ручей я перебегал, сильно шлепая по воде ногами, наивно думая, что успею их поднять до того, как вода сомкнется после удара, но у меня ничего из этой затеи не вышло. Наташка уже совсем не парилась, и переходила через воду совершенно спокойно. Влезши на гору, мы дошли до видневшегося невдалеке тригопункта. Он был совсем не таким, как те, что стоят на материке. Там тригопункты сделаны из дерева. Здесь же мы видели явно заводскую металлическую конструкцию, полностью повторяющую классические формы. Рядом лежали куски сгнившего старого знака, который, вероятно, разрушился от времени.

Дальше, впереди нас, начинался очередной склон, за которым виднелось озеро, возле которого паслось большое стадо гусей. Но силы уже как-то закончились — идти вперед не хотелось. Поэтому, побродив немного вокруг, мы направились в обратный путь.

У тригопункта
У тригопункта
Этот камень явно поставлен человеком
Этот камень явно поставлен человеком

Гуси Новой Земли
Гуси Новой Земли
Залив
Залив

Погода несколько испортилась. Ботинки предательски не хотели сохнуть. Солнце больше не светило. Сделалось влажно и холодно. Да и шлось как-то с трудом. Мы все брели и брели, теперь напрямик, куда-то туда, где должен был располагаться наш уютный залив, лодка и кострище в окружении груды плавника. Обратный путь давался с трудом, но мы уже думали о планах на ближайшее будущее. Стало быть, здесь мы побудем еще день, а потом отправимся, например, на полуостров Русанова. Там есть старая фактория. Интересно будет зайти в залив, находящийся с севера от полуострова и сходить к этой фактории пешком. Ведь может быть, там осталось что-то интересное. Хотя, пустынность того, что мы видели до сих пор, намекала нам на то, что на Русанова мы можем ничего и не найти. Бог его знает! Там посмотрим. Я остановился и огляделся в бинокль: «Ну вот, похоже, и знакомые места! Почти пришли».

Новая Земля
Новая Земля
Гуси на озере
Гуси на озере

Ручей
Ручей
Новая Земля
Новая Земля

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика