Новоземельский поход на карте

Все про это путешествие:

Свернуть

Сборы в Норде

Грязные и усталые после мотоциклетной поездки из Питера мы стояли перед нашей обшарпанной лодкой, задвинутой в самый угол, между двух клубных балков. Вернее, это была даже не лодка, а ее разобранные секции. Куча фанерных ящиков и прочего барахла выглядела настолько печально, что я даже не представлял сейчас, как это может куда-то идти, да и вообще — плавать.

Разобранная лодка в НОРДе
Разобранная лодка в НОРДе
Наша лодка
Наша лодка

За нашими спинами с гомоном прошла толпа детей, учащихся в спортшколе парусного центра «Норд». Дети строились перед тренером, проводящим очередной инструктаж. Я тихонечко оглянулся на них, потом украдкой посмотрел на нашу так называемую лодку, и мне стало неловко. Но ничего не поделаешь! Все это нам предстояло привести в божеский вид, собрать и покрасить. Глядишь, поплавает еще.

Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд

Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд

Внутри каютной секции лежала гора хлама, который я свалил туда прошлой осенью. Плесени нигде не было, и это очень радовало. Эта самая каютка прямо сейчас станет нашим домом, ибо со впиской в Архангельске что-то пошло не так. Фанерный гробик два на два, стоящий на песке между балков, вызывал у нас ассоциации с сарайчиком на дачной картофельной делянке, но явно был гораздо лучше той несостоявшейся вписки, о которой я обязательно должен упомянуть.

Еще до поездки нам предложил помощь один добрый человек, с которым мы познакомились через интернет. Он пообещал договориться с «администратором», или я не знаю, как это назвать — может, «комендантом» дебаркадера, стоявшего прямо в акватории «Норда», и вписать нас пожить в одном из его помещений. Однако, буквально за несколько дней до того, как мы покинули дом, дебаркадер отбуксировали в другое место: всего лишь несколько сотен метров теперь отделяли его от Норда, но насколько же неудобным для нас оказалось такое расположение!

Норд
Норд
Норд
Норд

Вообще, парусный центр «Норд» находится в Соломбале, а Соломбала, в тех ее частях, что примыкают к рукавам Двины, представляет собой сплошное нагромождение портовых объектов. Там все заставлено и завалено судами — рабочими, старыми и ржавыми; большими и маломерными; старыми и новыми. Всюду среди хитросплетений проездов находятся мастерские, склады, и другие промышленные здания. Прибыв в город, мы не смогли найти дебаркадер самостоятельно, но к счастью успешно созвонились с нашим виртуальным знакомым, Андреем, и он направил нас навстречу «коменданту», который как раз ходил в магазин.

Я к тому моменту совсем запутался, кто есть кто, и когда увидел «коменданта», идущего в обществе маленького тщедушного человечка, несущего полиэтиленовый пакет, набитый упаковками лапши быстрого приготовления, подумал, было, что один из них — и есть Андрей.

Все происходившее выглядело столь странно, что мне показалось, будто мы сделались героями некоего мрачного комикса, порожденного неуемной фантазией художника. Впереди нас идут эти двое необычных людей: один — «комендант» неясного возраста, с интонациями следователя, другой — человек помоложе, тощий, маленький, с крошечным лицом и вялыми ручками, смотрящий на нас со стеснением. Позади медленно катимся на мотоцикле мы.

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Вокруг виднеются ржавые корабли, индустриальные постройки и старое железо. В конце концов, мы упираемся в тупик, спешиваемся, и в обществе наших новых знакомых идем непонятно куда между морских контейнеров, переступая через валяющиеся ржавые железки. Так мы попадаем на огороженную территорию. Перед нами плавмастерская, окруженная другими небольшими судами, которые, как обычно это бывает во всевозможных портах, при ближайшем рассмотрении выглядят побитыми жизнью кривыми посудинами, возможно, не имеющими возможности самостоятельно передвигаться. Преодолев раскачивающуюся на тросах рампу, мы идем дальше, через мастерскую. Перелезаем через пришвартованный к ней плашкоут, по шаткому трапу переходим, наконец, на мрачный серый дебаркадер.

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Ну, в общем-то вот! — сообщает «комендант», — сейчас пойдем смотреть апартаменты! Только электричества тут нет, воды нет, двери не закрываются, туалет отсутствует, а стоить это будет… Ну я не знаю. Пускай будет 700 рублей в сутки за двоих, 4900 за неделю.

К такому повороту я готов не был, так как, как нам казалось, Андрей договаривался о другом. Он предупреждал, что какой-либо комфорт там отсутствует, но ночевка при этом будет бесплатной. Теперь же нам за вполне серьезные деньги предлагалась комната без двери на втором этаже, с одной кроватью и ящиком в качестве стола. Мы поинтересовались, нет ли здесь какого-то закрывающегося помещения, и «комендант» отвел нас на первый этаж, в темную каморку вообще без ничего. Там был только стол да стул без сидушки. Но тут хотя бы имелась дверь с замком. Все это сильно огорчало нас.

«Комендант» рассказывал тем временем, где находится магазин, и что до магазина мы сможем доехать с Андреем, который вот-вот появится. У меня в сознании все окончательно перемешалось и встало с ног на голову. Я почему-то решил, что Андрей — это спутник нашего коменданта, который теперь куда-то испарился. Он вызывал у меня смешанные чувства жалости и опасения, поэтому я просил его не беспокоить и говорил «коменданту», что мы справимся со всем сами.

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Соломбала
Соломбала
Соломбала
Соломбала

Однако, пол часа спустя все разрулилось. Мне позвонил Андрей, попросил выйти к нему на улицу. И вот я увидел автомобиль, возле которого стоял приятный немолодой человек. Он улыбался, махал мне рукой, а у меня тут же отлегло от сердца. Не буду рассказывать, как мы катались до магазина, общались о лодках и путешествиях. Андрею, к сожалению, надлежало уехать на следующий день. Я же ему сказал, что дебаркадером мы удручены, и потому, наверно, пойдем в «Норд» жить на нашей лодке. Так как Андрей и сам являлся яхтсменом, то никакого удивления такое решение у него не вызвало — наоборот, он согласился, что, мол, да, это и комфортнее, и приятнее, сидеть в своей лодке, чем в нутре этого ржавого мастодонта.

Ночь мы провели на дебаркадере, лежа в спальниках, на принесенных из соседнего помещения мебельных панелях. Маленький человек, наш таинственный сосед, никак себя не проявлял. Казалось, что дебаркадер абсолютно пуст, но сосед незримо тут присутствовал, затаившись в одной из комнат, как существо из потустороннего мира. Утром мы собрали все наши вещи, погрузились в мотоцикл, и поехали в «Норд», на лодку.

Дебаркадер
Дебаркадер
Петя и Сева
Петя и Сева

Какой же родной и уютной теперь выглядела наша маленькая каютка! Как крошечная времяночка, стоящая на крошечном дачном участке, среди таких же участочков, нарезанных на пустыре, зажатом между каким-нибудь огромным заводом и железной дорогой. Такие ассоциации вызывало наше житье в Норде. Мы начали готовиться к походу, упорядочивать накопившийся за зиму хаос. Чистили, чинили и обслуживали. Нам разрешилось бесплатно подключиться к электричеству, неподалеку находился туалет, и в целом мы были обеспечены всем необходимым.

К нам подходили местные яхтсмены, расспрашивая о лодке и предстоящем маршруте, на нас с любопытством смотрели дети из спортшколы. Почему-то всех удивляло наличие двух собак. Люди никак не могли понять — зачем они нам, да еще и в таком количестве.

Лодка по-прежнему выглядела грудой мусора, но теперь мы исполнились уверенности в собственном успехе. Новый день начинался просто прекрасно. К вечеру мы соединили каюту с кокпитом, а позже принялись за покраску и ремонт потертостей.

К нам заехали старые виртуальные знакомые
К нам заехали старые виртуальные знакомые
Общаемся
Общаемся

В НОРДе
В НОРДе
Рассказываем про лодку
Рассказываем про лодку

На следующий день мне предстояло получать в перевозочной компании мою же посылку — мачту, мотор, продукты, и прочие громоздкие вещи, которые мы отправили сюда из Питера. Для этого я нанял «Газель», которую без проблем нашел, позвонив в первую попавшуюся транспортную фирмочку. После завтрака я вызвал такси для себя, и уже через минут сорок осматривал во дворе грузового терминала паллету с нашим грузом. Все доехало в полном порядке. Я закурил, огляделся, и увидел наконец, машину, переваливающуюся на ямах поломанного асфальта и движущуюся ко мне.

По пути водитель расспрашивал о наших путешествиях, о том и о сем, и что-то мне подсказывало, что чувак явно в теме. Да и выглядел он для водителя Газели несколько нетипично. Крепкого телосложения, длинные волосы собраны в хвостик, рожа какая-то даже слегка хищная, или саркастическая. Явно не какой-нибудь там обыватель, страдающий лишним весом из-за дефицита движений и жизненных впечатлений. «Ну» — говорил водитель, — «Надеюсь, ты знаешь, что делать с белыми медведями. Тем более, опыт какой-то у тебя вроде есть».

Так мы и въехали на территорию Норда. Я спросил, сколько же с меня полагается денег, но водитель неожиданно ответил: «Да какие деньги!?». «Я, кстати, Андрей» «А я — Петя» «Ну ладно, давай выгружаться, а вечером я приду, похвастаюсь своим девайсом». Андрей с любопытством окинул сборище наших деревянных шкафов, и неожиданно запрыгнув в машину, умчался восвояси. Мы с Наташкой остались в замешательстве. Кто бы это мог быть? Во время нашего короткого знакомства мне сразу почувствовалось взаимное расположение, будто мы знаем друг друга уже давно.

Вечером Андрей появился так же неожиданно, как и исчез. В камуфляжном костюме, спасжилете, и с неопреновой каячной юбкой на поясе. «Девайс», которым он обещал похвастаться, востроносый полиэтиленовый каяк — лежал на боне у воды. Андрей предложил мне прокатиться, от чего я никак не мог отказаться. И ощущения от такого каяка, надо сказать, оказались ни с чем не сравнимые. Да, Андрей, определенно, был нашим человеком.

Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд

Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд
Парусный центр Норд

Позднее мы ходили к нему в гости, и мне хотелось с ним успеть пообщаться как можно больше, но он вечно пропадал на своей извозчицкой работе. Вообще, он прикольный чел. Кстати, пламенный борец с режимом, и борец он очень правильный, ибо бунт против ветряных мельниц его интересует исключительно ради самого процесса, а не во имя каких-нибудь лицемерных целей. Я тут же проникся к нему глубочайшей симпатией, хоть при этом и являюсь приверженцем диаметрально-противоположных политических взглядов. Дело в том, что я и сам для себя давно решил, что путешествую, например, только ради путешествий и собственного удовольствия, не пытаясь приплести к этому какую-то высокопарную хрень. Да и ценности у нас у всех — таких — примерно одинаковые: тотальная свобода.

Шло время. Лодка постепенно собиралась в кучу и приобретала нормальный лодочный вид. Под покровом белой ночи, когда в Норде не осталось никого, кроме вахтенного из числа членов клуба, мы водрузили нашу посудину на телегу и тихо выкатили ее на асфальт. В окружении «Лазеров» и «Оптимистов», тримаран выглядел очень странно. Да и с большими яхтами, стоящими тут же на воде, он тоже никак не вязался. Установив аутригеры и поплавки, мы перекатили наше сооружение под кран. Похоже, сборы заканчивались. Впрочем, на суше мы проведем еще более суток, без перерыва докрашивая недокрашенное, устанавливая недоустановленное, готовя мачту и паруса.

НОРД
НОРД
Соломбала
Соломбала

Норд
Норд
Норд
Норд

Днем ярко светило солнце. Опять на территории занимались дети, иногда тыкая пальцами в нашу сторону и изображая любопытство на своих лицах. Да-да, ребята — это такая лодка! — думал я про себя с некоторой долей самодовольства, и принимался снова возюкать кисточкой.

Неподалеку от нас работала пара сварщиков, из местных яхтсменов. Они изготавливали плавучий причал. Один рабочий буквально не отрываясь наблюдал за нами с каким-то нездоровым интересом, провожая взглядом каждое наше действие. Такого болезненного внимания мы не поняли, но предположили, что, возможно, он нас знает и поэтому так сильно интересуется.

Соревнования
Соревнования
Петя
Петя

К середине дня я очень устал. Мне все надоело хуже горькой редьки. Мы оба страшно хотели спать и вообще пребывали в состоянии измененного сознания. Ровно в этот самый момент к нам подошел один из яхтсменов — какой-то дед, обитавший на самой большой стальной яхте.

Дед спросил про конструкцию лодки, про предполагаемый маршрут. «Даа», — протянул дед, — «А в прежние времена вас на такой лодке не выпустили бы. Район плаванья вам не подходит». Я, в принципе, привык к подобным наездам и ответил ему что-то в том духе, что, мол, «кто ж нас проверять-то будет?» Дед покачал головой: «Да уж, в этой стране никто ничего не проверяет, никому ничего не нужно», и ушел.

Будучи очень утомленным, я сильно тормозил, но спустя минуту мы осмыслили всю глупость этого разговора и дурость самого деда. Это вызвало у нас обоих раздражение. «Страна ему не нравится!» Мы принялись горячо обсуждать с Натальей данную встречу, посылая лучи ненависти прямо в космос и сходясь на том, что тот дед, по всей видимости, совсем выжил из ума от бездействия и скуки. Что, впрочем, было и не удивительно: почти все нордовские лодки являются клубной собственностью. Своим так называемым «хозяевам», то есть яхтсменам, они не принадлежат, и максимум, на что могут рассчитывать экипажи здешнего флота — раз в год сходить на Соловецкую регату. Особо везучим иногда разрешается сгонять куда-нибудь, типа, до Унской губы и обратно. У деда, видимо, накипело, и он не выдержал. Вдруг я заметил, что дедушка что-то ковыряет в своем 14-метровом стальном пароходе совсем рядом с нами и все слышит. Мы оба засмеялись, испытав удовлетворение и облегчение. Пускай, мы не успели сказать все это прямо, но дед явно понял, что именно мы думаем о людях, считающих, что кого-то можно просто так взять и «не выпустить на маршрут».

Так и прошел этот день и еще одна ночь. Мы окончательно закупились продуктами, бензином и прочими мелочами, оставили мотоцикл на лето у знакомых и доделали недоделанное.

Петя
Петя
Наташа и Сева
Наташа и Сева

Архангельск
Архангельск
Соломбала
Соломбала

После полудня настал наш час. Стропы, заведенные под корпус, натянулись до состояния струн. Лодка зависла в воздухе в полуметре от земли. Все имеющиеся емкости (всего 150 литров) заполнены бензином. Газ заправлен. Все упаковано. Денег в кармане 300 рублей, но они больше не понадобятся в ближайшее время. Оба мы залезаем в кокпит. Берем багры на изготовку. Через несколько секунд лодка сперва поднимается вверх на семиметровую высоту, а затем плавно опускаемся все ниже и ниже, под бетонную стенку причала. Мы на воде! Мы покинем это место, пускай и очень гостеприимное, но порядком опостылевшее за неделю. Я дергаю мотор, он заводится с первого раза. Наташка отцепляет стропы. Отвыкнув за зиму, я неуклюже маневрирую среди других лодок и медленно выгребаю на другую сторону бухты — к бону, возле которого мы сейчас ошвартуемся и окончательно все подготовим к отходу.

Норд
Норд
Сева
Сева

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Поделиться

Лицензия Creative Commons
Произведение «Севпростор» созданное автором по имени Севпростор, публикуется на условиях лицензии Creative Commons «Attribution» («Атрибуция») 4.0 Всемирная. Яндекс.Метрика